Шепард часто встречалась с больничным запахом. Десять лет в Альянсе не оставили ей другого выбора — так или иначе приходилось попадать в руки к медикам, хочешь ты того или нет. Всегда чаще, чем хотелось бы.
Однако по сравнению с её коллегами… Шепард так и не привыкла к нему. Кто-то подшучивал над её боязнью госпиталей, детским ресентиментом.
Солдату платят чтобы он убивал и калечил, в то время как его тоже могут убить и покалечить — простая правда, неизменная со времён зарождения цивилизации и войны.
Шепард не соглашалась ни с кем, приводя другую простую правду, затыкающую даже самого отпетого и самоуверенного товарища — этот запах всегда сулит беду. Кто-то ранен. Или хуже.
Где-то на пути… она совершила ошибку.
***
Белоснежная, почти трупная кожа. Лицо и руки оголены, покрыты шрамами и ушибами. Глаза были закрыты, но Шепард всё равно помнила как они выглядели в редких моментах, когда он приходил в сознание.
Обычно ясные и выразительные, любознательные и жадно бегающие по сторонам, теперь были скучающие, мутные, расфокусировано направленные в одну точку.
Кома. Чем больше она смотрела на Рейвена, тем меньше он напоминал живого человека.
-Вермайр был обречён с самого начала. — подумала Шепард.
Она уже стояла выше ругани, выше ярости, выше злобы на саму себя, Сарена или кого-либо другого. Прохладное спокойствие опустилось на её разум, затмив мысли теоретическими «Что бы случилось, если…?»
Эту часть работы она ненавидела больше всего.
Командиры никогда не высыпаются. Она не помнила кому принадлежали эти слова, но этой истине она научилась в Ванкуверской военной академии будучи выпускником. С тех пор прошло восемь лет. Больше похоже на восемь жизней.
-С тех пор как со мной связался Совет всё пошло к чёрту. Но, может быть…
Солдаты умирают. Их жизни, здоровье и рассудок были ресурсами. Её задача как офицера состоит лишь в том, чтобы цель были достигнута с как можно более меньшими расходами. Инструкторы настойчиво вбивали эту мантру каждому кадету. И Шепард полностью её принимала.
Она не участвовала в Битве на Торфане, но наслышана о ней, и она пообещала себе, что стоит ей встретить того самого «Мясника Торфана», первым делом она пересчитает ему зубы.
Выполнять задания любой ценой было просто невозможно для Шепард.
И вот она здесь, с семью растраченными жизнями на её счету, уже не говоря о потерях саларианцев.
К тому же теперь Шепард знала, что Жнецы на пороге, и потери скоро будут измеряться гораздо большими цифрами.
***
Оставив Оверлорд и уйдя на поддержку трёх саларианских отрядов, она уже опасалась худшего, что ещё и наслаивалось на испытанный шок от откровений Властелина.
Они сражались с силами гетов, держащих саларианцев в тисках, когда над ними пронеслась Нормандия чтобы разбить подавляющий Оверлорд транспортник. Джокер сбил его, но вышел за пределы своей удачи.
Как сжалось её сердце, когда зенитки ударили по кораблю, где находился весь экипаж, за жизни которых она отвечала… Такие ощущения никогда не захочется почувствовать снова.
Связь с Нормандией была оборвана, вскоре затих и Оверлорд — её крайним приказом было держать позицию до конца. Последовала свирепая битва. Отряд Джето, уже понёсший огромные потери, был истреблён до единого выжившего. Манновай и Эгор имели меньше половины изначального состава.
Они ушли в глухую оборону. Как бы Шепард и Киррахе ни хотели связаться с Оверлордом, выйти из окружения живым не представлялось возможным, особенно без поддержки Нормандии.
Затем объявился Сарен собственной персоной. Попытки сохранить рассудительность были тщетны.
Шепард не была слабой, с какой стороны ни посмотри, но даже ей удушающая хватка турианца оказалась не по зубам. На секунду ей показалось, что всё кончено.
И в тот момент вернулась Нормандия. Фрегат отвлёк его, только это от него и требовалось. Вместо продолжения сражения предатель просто сбежал обратно в сторону базы.
К счастью, корабль был повреждён лишь поверхностно. Неприятно, конечно, но ничего серьёзного. Джокеру пришлось покинуть планету чтобы сбросить с хвоста преследователей и провести поспешный ремонт и включение резервных систем ради возвращения в бой.
Даже с повреждением антенны, радио корабля было достаточно мощным чтобы прорываться сквозь глушилки гетов. Выживших быстро эвакуировали под плотным огнём противника.
Затем на связь вышел Рейвен. Дрожащим голосом он сказал то, чего боялась Шепард — он решил пожертвовать собой и оставшимися выжившими.
Да чёрта с два она дала бы этому произойти.
***
Инженер Адамс и Тали предрекли три дня и шесть часов «внештатных работ» чтобы провести полный ремонт, но хотя бы нет нужды встать на стоянку в док. Запасных материалов тоже было в достатке, так что продолжение погони за Сареном не заставит себя долго ждать. Осталось только пополнить запасы амуниции на Цитадели и получить разрешение от Совета.
Более насущной проблемой были восемь раненых членов экипажа, двое из них в тяжёлом состоянии. В процессе ремонта случилось несколько несчастных случаев.
