– В этом лишь спящий талант железорожденного, ничего выдающегося, однако корыстолюбие папаши передалось ему в полной мере. Поэтому мальчишка неудержимо рвется к власти – и быстро добивается своего. Янака требовалось приструнить, вот мы и забрали у него сына. Но жатва прошла не так гладко, как мы ожидали. Этот ублюдок дрался как сумасшедший. В итоге его жена погибла, а сам он стал калекой.
– Фин. – Кентон мотнул головой, отказываясь верить в услышанное. – Получается, он убил собственного отца. Этот скотина Тосан, гореть ему вечно, послал Фина убить собственного отца!
– И это не случайность. Тосан был осведомлен о происхождении всех своих учеников.
Кентон перевернул страницу и нашел свое имя.
– «Реотанец, БТ», – прочел он слова, написанные вместо имени отца. В графе «мать» было указано…
– Терранка, творец артефактов? Я что, какой-то чертов терранец?
– Конечно. Как и все творцы.
– Но… я ведь даже не похож на терранца.
– Внешность тебе досталась от отца – пирата из Тир-Реоты, а магия – от матери.
– А почему здесь не написано, как их звали?
– Потому что обычно мы не вносили в журнал имена насильников, пиратов и шлюх.
Рот Кентона задергался, но мастер проклятий быстро подавил вспышку гнева и спокойно спросил:
– Меня тоже украли?
– Тебя-то? Ну что ты, нет. Отцу-пирату ты был не нужен. А мать ходила по улицам Лукуры, пытаясь тебя продать. Вот знающая Кельга тебя и купила.
Кентон о многом хотел спросить, но слова комом встали в горле. Опустив глаза, он рассеянно водил пальцем по странице и вдруг увидел еще одно знакомое имя.
– Айнневог… только имя – и ничего больше. Почему?
– Каждому младенцу ставили на пятке номер чернилами. У Аннева номера не было. Подозреваю, Содар тайком подкинул его в ясли.
Кентон мрачно усмехнулся: все-таки у судьбы весьма странное чувство юмора.
– Так зачем ты меня позвала?
Кьяра взяла у него журнал и, пролистав несколько страниц, показала Кентону место, которое он пропустил:
– Это записи о знающих девах. Каждый год мы приносили в Академию всего несколько девочек, но иногда бывало и так, что беременела одна из знающих жен. Если она была Невестой, то ее избранник непременно обладал способностью к предвидению. Так вот, бабка Маюн, которая была невестой Судьбы, вышла замуж… за этого мужчину. – Кьяра перевернула страницу и ткнула пальцем в имя какого-то младенца, принесенного с тридцать седьмой жатвы.
– «Эдвин, – прочел Кентон. – Сын Дональда Барда. Ярко выраженные способности к илюмитской магии». – Он взглянул на женщину. – Так вот как ты поняла, что Маюн владеет магией. Кроме пророчеств, у тебя был этот журнал.
– Именно. Мы узнали, что у Маюн есть талант крови, но какая из нитей проявит себя – терранская, илюмитская или йомадская, – это никому не было известно. Талант раскрывается лишь в определенном возрасте. Тогда-то мы и посвящаем девушек в Невесты. А юноши… если в ком и спит частичка магии, вреда от этого нет. Даже наоборот, из таких получаются лучшие аватары. А если кто-то из них случайно ее пробудит… что ж, смерть среди аватаров – дело обычное.
– У Дюварека была эта частичка, да? – глухо спросил Кентон. – Вот почему его приказали убить?
– Дюварек обладал способностями, это правда. Думаю, он и сам о них знал – потому-то и пил не просыхая. Однако в его смерти повинен только Янак.
– Но Тосан велел мне убить его, потому что он попался в западню Янака… Так это не вы подстроили?
– Нет.
Кентон облегченно выдохнул. Услышь он другой ответ, могла бы пролиться кровь.
– Хорошо, – произнес он, чувствуя, что сердце забилось чаще. – Мне пора. Нужно проверить, чем заняты мастера.
– Они тебя беспокоят?
– Только не Аог. Кольцо невольника сделало его кротким как ягненок. Но если его не тормошить, он будет вечно сидеть в каком-нибудь туннеле и ждать новых указаний.
– А что с остальными? – спросила Кьяра.
В ее голосе проскользнули странные нотки: как будто она знала что-то, о чем не было известно Кентону.
Юноша нахмурился:
– Этот мерзкий Атэр… Возможно, он разгадал тайну моих амулетов.
– Что, если так и есть?
– Тогда ему конец.
Кьяра удовлетворенно кивнула:
– Ты уверен, что дело только в его догадливости?
– К чему ты клонишь? – нервно спросил Кентон.
– Твой шрам. – Знающая указала на его щеку. Тонкий рубец теперь оставался едва заметным под толстой огрубевшей кожей, окружавшей глаза без век. – Все обиды остались в прошлом?
– Вовсе нет. – Кентон легонько поскреб щеку. – Но Атэр, в отличие от них всех, обладает необычайно острым умом. И до тех пор, пока мастер лжи не перейдет границ дозволенного, я готов не ворошить прошлое. Однако с недавнего времени он перестал носить амулет. Вряд ли это случайность.
– Он тебя проверяет. – Глаза Кьяры заблестели.
– Да, похоже на то. А еще он постоянно задает вопросы о Хранилище и вечно околачивается где-то неподалеку, будто следит за мной.
– Так накажи его в назидание другим.
– Думаю, его цель – аклумера.
Скромная усмешка вмиг слетела с лица знающей.
