– Его и близко нельзя подпускать к колодцу, – сурово произнесла Кьяра. – Столь мощная магия да в его неумелых руках… это же катастрофа! Я уже не говорю о демоне, которого ты заточил внутри.
– Он там вовсе не в заточении. Он лишь ждет подходящего момента, чтобы прорваться в этот мир.
– Отчего же тогда он ни разу не напал на меня?
Кентон улыбнулся:
– Скажи спасибо шпильке в твоих волосах. Неужто ты не почувствовала, что она зачарована?
Кьяра насупилась:
– Я не очень сильна в распознавании чар, мастер Кентон.
Эта информация могла пригодиться, и Кентон спрятал ее в укромный уголок памяти.
– Шпилька защищает от призраков. Пока она с тобой, старейший Тосан не сможет использовать тебя как сосуд.
– У тебя тоже есть какой-то охранный артефакт?
– Есть. – Кентон подтянул перчатки неукротимости. – Они защищают не только мои руки, но и душу.
Кьяра выглядела явно впечатленной.
– Ты невероятно одарен, мастер Кентон. Сомневаюсь, что в Академии за всю ее историю был хоть один человек, что смог бы сравниться с тобой. Лучшего хранителя артефактов и представить себе нельзя.
Улыбка мгновенно слетела с губ Кентона. Довольно этой скучной болтовни, пора заняться делом. Он отвернулся от знающей и вперил взгляд магических сфер вдаль, ища мастеров. Аог нашелся сразу: здоровяк монотонно махал лопатой, роя туннель глубоко под землей. Лопата, естественно, была зачарованная: она разрыхляла породу и утрамбовывала одновременно, превращая в грязь, которая тут же, стоило Аогу отбросить ее назад, попросту испарялась. Мысленно приказав своему верному слуге через час подняться на поверхность и поесть, Кентон принялся искать остальных проклятых сынов.
– Что-то не так, – произнес он, нахмурив брови. – Все, кроме Мурлаха, без амулетов.
– А где сейчас Мурлах?
– Кажется… у Восточного тракта. Но что за чушь? Его мысли будто с цепи сорвались. Обычно у него нет привычки думать так громко.
– О чем же он думает?
– О караване, грабеже… Похоже, остальные тоже там, с ним. – Кентон умолк и несколько мгновений сосредоточенно вглядывался в пустоту. – Только не это!
– Что случилось? – В голосе Кьяры проступили нотки ужаса.
– Они кого-то нашли. Это один из тех феурогов.
Кьяра вздохнула с облегчением.
– Не стоит волноваться, – заверила она Кентона. – Без направляющей их силы эти существа не более чем животные. Поэтому-то жрецы Круитхара их и изгнали – а мы призвали себе на службу. Людей они избегают, к тому же почти никого из феурогов не осталось в живых. Я посылала зов, но никто не откликнулся.
– Погоди, – сказал ей Кентон, по-прежнему хмурясь. – Этот не такой, как твои монстры. Мурлах называет его… ферруманом. Он похож… да черт возьми, это же вылитый Янак Харт! Тот выглядел точно так же после того, как осушил флакон с какой-то магической дрянью.
От приподнятого настроения Кьяры не осталось и следа.
– Где, говоришь, Мурлах его нашел?
– На Восточном тракте. Голем угодил в один из его капканов.
– Это не голем, – угрюмо заявила знающая. – Если он и впрямь похож на Янака Харта, значит он человек. Настоящий. Мужчина или женщина.
Как ни пыталась она казаться спокойной, ее аура, которую Кентон без труда различал с помощью своих огненных глаз, говорила о том, что женщина охвачена страхом.
– Ты чего-то недоговариваешь, – заявил он.
Кьяра поджала губы.
– Феуроги, этот неудавшийся эксперимент Круитхара, действительно были монстрами. Однако не все попытки бога минералов закончились столь плачевно. Тех, кому посчастливилось не обратиться в чудовищ, он сделал своими солдатами. Их называют железорожденными воинами Круитхара. Полагаю, одного из них и поймал Мурлах.
– Но с чего бы какому-то железорожденному солдату забредать в такую глушь?
– Чтобы узнать наверняка, я должна обратиться к магии. Пока могу сказать лишь вот что: Круитхар дорожит своими железорожденными. Он трясется над ними, как старый скряга над сундуком с золотом. Поэтому если один из них здесь – значит его хозяин готовится к нападению.
– Зачем ему это?
Кьяра тихонько выругалась.
– Да пойми же ты, сначала мне необходимо побеседовать с духами! Впрочем… для создания новых воинов Круитхару нужна аклумера. Он уже давно собрал бы вокруг себя бесчисленную армию, но достать нужное количество аклумеры – неоскверненной аклумеры! – считай, невозможно.
– Зато здесь ее предостаточно, – подвел итог Кентон.
Кьяра кивнула:
– Это оскверненная аклумера превратила феурогов в нелепых уродцев. И если бы Круитхар прознал о нашем колодце, если бы нашел кого-то, кто жил в Шаенбалу, и убедил его показать дорогу сюда…
– …то своих лучших солдат он привел бы с собой, – закончил мастер проклятий. – Быть может, в Шаенбалу сейчас шагает целое войско этих ферруманов. Или они уже здесь, рыскают вокруг, ищут вход в подземелье.
– Не исключено.
– А все мастера, кроме Аога, торчат где-то на севере Чащи. – Кентон ощутил мощный прилив адреналина. – Гниль и кровь! И что теперь делать? Как понять, в опасности мы или нет?
