Рассвет в моём городке всегда необыкновенно красивый. А, может, мне просто так казалось, когда-то. Рассвет, как рассвет — небо, солнце, горизонт.
— Ты здесь родилась? — брезгливо выпятив нижнюю губу, спросила Елена, как только вынырнула за мной из портала.
Мне от неё не отвязаться. Значит, придётся вступить в схватку с исправной исполнительницей, но живой я ей не сдамся. Кое-чему Климент успел научить меня, как будто чувствовал, что мне эти знания и умения когда-нибудь пригодятся.
— Послушай, Елена, мы можем вот так бесконечно бегать, пока кто-то из нас не окажется ловчее и не прикончит врага. А мы теперь враги и это факт, — заметила я. — Там в горах, нашим мужчинам теперь несладко и было бы куда полезнее оставаться с ними, но ты привязалась ко мне, как банный лист к попе. Не представляю, чего ты добиваешься? Выслуживаешься перед Фабием? Если победу одержит Климент, у вас больше не останется шанса добиться успеха. Вы останетесь прислуживать Иерею, будете исполнять волю старого маразматика. Хорошенькую жизнь вы отвоёвываете.
— А, может, я не ради Иерея стараюсь, — приближаясь ко мне на опасное расстояние, сказала Елена.
— Стой там, — приказала я, не узнав свой голос. Столько решимости и силы: откуда только что взялась.
— Снова сбежишь? — посмеиваясь, поинтересовалась Елена. Однако остановилась, послушалась меня.
— Не лучше ли доложить своему «начальству», что ты не нашла меня. Вы с Фабием отправитесь в пустыню и проведёте вместе многие века.
— Так и будет — обходя меня вокруг, сказала Елена. — Мы установим новые правила, и жизнь на земле станет ещё ужаснее. Я отомщу им за всё.
— Вот ради чего ты стремилась в пустыню? Нет, Елена, ты навсегда останешься на побегушках у Иерея и тех, кто стоит за его спиной. Разве не о свободе ты мечтала, когда согласилась уйти из внешнего мира? Тебе не нравился мир, в котором если не выслужишься, останешься на обочине, но и там тебе не быть в фаворе.
— Рассвет, — взглянув на расплескавшееся золотом солнце у горизонта, сказала Елена. — Самое восхитительное время суток. Нежась в постели, мы надеемся, что сегодня всё изменится и жизнь откроет для тебя яркую палитру красок, примет в свои объятия, скроет все невзгоды, и ты освободишься от шлейфа, сотканного из неудач.
— Но наступает закат и ты, уткнувшись в одеяло, смахиваешь слёзы, потому что ничего, ровным счётом ничего не изменилось — твоя жизнь всё так же пуста и прозаична. Всё кончено, я чувствую запах победы. Климент зовёт меня.
— Постой, — остановила меня Елена. — Дело не в тебе. И я не за тобой пришла, просто заметила за валуном и решила развлечься, пока Фабий отвоёвывает у Климента зону контроля. — Я вскинула на неё вопросительный взгляд. — Я же сказала тебе, что Климент не ради тебя старается.
Вот чёрт, что не так? Она издевается надо мной? Я отчётливо слышала, как она сказала, что Климент ради меня старается.
— Аэлита по доброй воле присоединилась к Энергетическому полю земли. Сегодня, на рассвете — призналась Елена.
— Шутишь? — удивилась я. — То есть, нас всё равно отпустили бы?
— Не факт, Иерей мог бы использовать Элис, но Климент подоспел вовремя.
— Климент? — ещё больше удивилась я. То есть, Климент с самого начала знал, где нас искать? Он нам помог, но как?
— Чтобы вытащить вас обоих, Клименту пришлось подселиться к Авдию. Как он проскользнул мимо охраны, не понятно, — зло выпалила Елена.
— Он вышел из пещеры. К мытарям есть выход из пещеры, что на скале, — посмеиваясь, объяснила я.
— Вам повезло.
— А Иерей? Что теперь с ним будет? — поинтересовалась я, вспомнив древнего немощного старика. Ему не удалось сменить «одёжку» и скорее всего его отправят на покой.
— Иерей покинет Замок в скором времени. Высший разум упразднил должность служителя Матери Мира. Они готовят новый проект "перезагрузки", без жертвоприношений.
— Фабий мог бы занять новую должность, если бы не защищал так яростно интересы Иерея. — Елена потупила взгляд и тяжело вздохнула. Она проиграла и это очевидно. — Значит, я свободна? — не скрывая радости спросила я.
— Не думаю, — оценив меня усталым взглядом, ответила Елена. — Ты влюблена в простейшего, а, значит, обречена на "несвободу". Полетели, взглянем, кто одержал победу.
— Значит, я смогу вернуться в Академию? — спросила я, но Елена уже исчезла.
— Не могу поверить, что ты узнала меня. Целенаправленно подошла ко мне.
— Когда сидела в оковах, думала ты погиб, — бросила я обнимать Климента. — Там, в твоём доме эти двое набросились на тебя.
— Я услышал тебя, только не мог понять, как тебе удалось так далеко отпустить мысль — мы ведь не практиковались. Ты сильная ведьма, Алиса и у тебя большое будущее.
Я улыбнулась, смущённая похвалой Мастера. А потом снова нахмурилась.
— Как ты мог скрывать от меня своё истинное лицо. Ты прекрасен, Климент.
— А я не скрывал, — улыбнувшись, заметил Климент. — Несколько раз я приходил к тебе в естественном образе, но ты не замечала. Это даже странно.
