На этом безупречном мундире, прошедшем через сверх мощный артефактный отпариватель, не было ни единой складочки: Император стоял при полном параде, не хватало разве что короны и символов власти в руках. При этом сам мундир был далеко не парадный, а военного кроя.
В глазах Петра Александровича сейчас явственно плескались живой ум и смекалка. Хоть он и стоял почти неподвижно, было видно, что его мысли бродят где-то очень далеко. В то же время он изредка бросал на своих подчиненных, выстроившихся полукругом, цепкий взгляд, словно ястреб, выискивающий добычу.
Здесь, в ярко освещенном множеством ламп зале, Император слушал доклады и делал выводы. Несмотря на то, что вокруг назревала весьма тревожная обстановка, он, казалось, видел проблеск надежды — тот самый луч света, который должен вытащить его и всю Империю из этого хаоса. Основой для этого служила его собственная стратегия.
— Ваше Императорское Величество, есть подвижки с мятежниками, — отчитался генерал, встав на одно колено. — Нам удалось за короткий срок полностью уничтожить несколько Родов аристократов, вот их фамилии и родословные в этом свитке, — при этих словах он почтительно поднял список обеими руками. — А в колонке справа указаны те, кто уцелел, но сильно пострадал от наших действий.
Государь, не выражая ни малейшего сожаления о погибших аристократах, принялся изучать бумаги и расспрашивать участников операции. Ведь он заранее предупреждал аристократов: если их усобицы навредят мирным людям, он будет вынужден наказать всех, кто переступит черту. Собственно, так и вышло.
Некоторые представители элиты в пылу взаимной ненависти зашли слишком далеко и причинили вред даже невиновным горожанам. Теперь Император был доволен, что нарушители его указа получили по заслугам — хоть далеко не все. Всё-таки истребить Род полностью непросто, но армия так ослабила многих мятежников, что они теперь долго не посмеют высунуть голову.
— Мой государь, — Петр Александрович только успел отложить свиток, как заговорил граф Воронцов, руководитель Департамента иностранных дел, — теперь настала моя очередь доложить. Вы и так, конечно, осведомлены о многом, но добавлю, что наши ближайшие соседи крайне возмущены творящимся у нас. Они ведут активную агитацию против нас и собираются вывести её на международный уровень.
— Александр Романович, они и правда слишком громко кричат о том, что мы «давим своих аристократов»? — усмехнулся Император, бросив хитрый взгляд на Воронцова.
— Не то слово, государь. Они не только шумят, но и заметно суетятся. По данным разведки, в их министерствах проходят постоянные совещания и встречи, — ответил Воронцов.
— Ну и хорошо! Пусть у них нервы пошаливают, — добродушно улыбнулся Император так, что от былой строгости не осталось и следа.
Он давно к этому шёл: прекрасно знал, что как раз недружественные государства и подкупали этих самых мятежных аристократов, надеясь руками внутренних врагов развалить Империю при помощи мятежа.
И лучшая защита, по мнению Императора, заключалась в том, чтобы допустить междоусобные войны между Родами и самому при этом разыграть роль слабого правителя. Это, в конце концов, лучше, чем допустить серьёзное вторжение и затяжную войну по всей Империи.
Сейчас же, создав у внешних врагов ложное впечатление о своей слабости и беспомощности, Петр Александрович дал возможность аристократам истреблять друг друга, чтобы затем те мятежники, расправившись с конкурентами, попытались добраться и до него. Но вот только встретить их собирался совсем не тот «слабый» государь, каким они его считали. Ведь на самом деле за Императором стояли сильные позиции и поддержка, как родовой, так и имперской армии.
— Вначале вычистим всю гниль внутри, — объявил он таким довольным, но всё же устрашающим голосом, будто уже придумал тысячу и один способ избавиться от «гнили». — А после и соседями займемся, что зарятся на наши земли!
По залу сразу пронёсся волной гул аплодисментов, а генералы разных подразделений дружно закивали головами, восторженно глядя на своего государя.
— А у меня для вас тоже имеется не менее увлекательная новость, — тихонько приблизившись к государю, сообщил ему верный советник. — Из Императорской канцелярии пришёл очередной доклад по проверке возможных соучастников мятежа и подозреваемых в измене.
Услышав это, Император, не зная чего ожидать, сразу помрачнел и отвёл Глеба Михайловича чуть в сторону.
— Да там ничего серьёзного для нас, — поспешил успокоить его советник, — но случай уж больно интересный и вы должны знать, государь. Проверка имения Рода Пауковых была провалена из-за Добрынина, потому как тот оказался там раньше представителей канцелярии, чтобы расквитаться со своим должником.
— Пауковы — довольно сильный Род, — нахмурился Император, — и я надеюсь, Добрынин не пришёл туда не один, — он вопросительно насупил брови.
