Что стряслось-то? Парнишка пытался вывернуться, но получалось плохо — торговец был мужик крупный и, как мне показалось, переборщил с применением силы.
— Эй, пацана отпусти! — бросил я.
Торговец на секунду замер, поднял голову и пересёкся со мной взглядом. Он секунду пытался припомнить — знает ли он меня в лицо или нет, а потом, видимо, предположив, что кто-то из сильных мира сего не будет сидеть на дереве, огрызнулся:
— На хрен иди, а? И не суй нос не в своё дело! Иначе — следом своё получишь! — торговец решил, что с меня достаточно, отвернулся и поволок пацана дальше за шкирку.
Интересно, этот троглодит всерьёз думает, что у меня в одно ухо влетело, а в другое вылетело? Я вздохнул, с дерева даже не стал слезать, а попросту спрыгнул, оказавшись за спиной торговца.
— Я не люблю повторять дважды. Убери от него свои руки!
Я приподнял пиджак, показывая, что у меня за поясом пистолет. Обычно это действует отрезвляюще на горячие головы, а мужику однозначно требовалось остыть.
— Э… — замялся он, заметно перепугавшись пистолета. — А ниче, что это мелкий воришка? Или думаете, я просто так его таскаю за шиворот? Он у меня кукурузу украл! Вон, видите, сударь, прячет гадёныш кочаны за пазухой?
Всё-таки как меняет людей вид огнестрельного оружия! Торговец сразу перешёл со мной на «вы», как и подобает. Видимо, смекнул, что если у меня есть пистолет, то я из дворян. Обычным людям носить при себе огнестрельное оружие было строго-настрого запрещено.
А вот по поводу того, что пацанёнок украл у него кукурузу — сейчас обязательно разберёмся. Верить на слово этому хмырю, поднимающему руку на ребёнка, я не собирался. Тем более полчаса назад я лично вручил пацанёнку деньги на покупку кукурузы.
— Ты заплатил ему за кукурузу? — спросил я у пацана, у которого от страха зуб на зуб не попадал.
— Заплатил, дяденька! Ему за кукурузу деньги отдал, которые вы мне дали! — выпалил он автоматной очередью.
— Брешешь, гадёныш! — зашипел торговец, сильнее хватая мальчонку за шиворот. — Ничего он мне не давал, сударь.
Я обратил внимание, что никто из зевак, которых здесь было полно, даже не смотрит в нашу сторону — все заморожены выступлением государя. Что касается ситуации, мне почему-то хотелось больше верить пацанёнку, чем этому скупердяю. Но из-за чего-то же торговец прицепился к нему. Дыма без огня не бывает. Но сначала…
Делаю шаг навстречу торговцу, кладу руку ему на запястье и нажимаю на болевую точку. Изо рта торговца вырывается сдавленный писк, он отпускает парня и шипя делает шаг назад.
— Я же тебе русским языком сказал, обормот — руки при себе держи, — холодно пояснил я причину физического дискомфорта этого бедолаги. — А теперь так же русским языком объясни мне, в чём у тебя претензия, если малец говорит, что деньги он тебе за кукурузу давал?
Было видно, что торговец злой как чёрт. Но его душевное спокойствие — исключительно его проблемы.
— Сударь, — проскрежетал он. — Вы бы не лезли сюда, это мои дела с его матерью…
— Давай-ка я сам разберусь, во что мне влезать, а во что — нет. Не рекомендую себе жизнь усложнять.
— Его отец должен мне денег, — нехотя пояснил кукурузник. — Всего тридцать рублей, и я свои деньги никому дарить не собираюсь! Поэтому рубль, который мне дал пацан, пошёл в счёт уплаты долга.
— Неправда! Мой папенька всё вам отдал перед тем, как погиб! Просто вам не нравится, что моя маменька с вами не хочет дружить! — дал своё пояснение мальчишка.
Мне, наконец, всё стало более-менее ясно. Этот торговец, внешне смахивающий на кусок холодца или фруктового желе, пытался подбить клинья к матери пацанёнка. Причём хотел воспользоваться тем, что глава семейства погиб. Та ему идти на встречу не захотела — он на пацане и отрывается. Вот урод!
— Это так? — уточнил я у «холодца», всё ещё державшегося за руку.
Боковым зрением я увидел, как из толпы вышла парочка полицейских и двинулась в нашу сторону. При их виде торговец сразу приободрился и набрался смелости, попытавшись на меня попереть буром.
— Не лезьте не в своё дело! Или вы вора думаете покрывать?
Я, недолго думая, снова подался вперёд и со всего маху съездил лбом в его переносицу. Такие как он по-другому не понимают.
— Ах ты… — что он говорил дальше, я уже не расслышал, с переломанным носом особо не поразговаривать.
Торговец опустился на пятую точку, схватился пальцами за переносицу и посмотрел на меня, хлопая глазами. Урок на будущее — язык надо за зубами держать независимо от обстоятельств.
— Полиция! Прекратить драку!
Полицейские оживились, подбежали и встали между нами.
— Это не драка, судари. Я, знаете ли, споткнулся и совершенно случайным образом нашёл баланс, уткнувшись лбом в нос этого господина, — пояснил я двум полицейским.
— Этот урод ударил меня! — прохрипел торговец.
— Я бы на твоём месте слова получше подбирал, а то я снова могу споткнуться, и совершенно случайно моё колено будет торчать из твоей физиономии, — сказал я.
