Мастер и Жаворонок полностью

— Ну… Ларк не будет ни подтверждать, ни опровергать свою причастность, но два месяца спустя Эндрю погиб в результате «несчастного случая с фейерверком», — говорит Слоан.

— Ты думаешь, Ларк… убила кого-то? Наша Ларк?

Слоан пожимает плечами.

— Не знаю, почему ты все еще сидишь здесь, она уже, наверное, режет лицо Клэр, чтобы сделать воздушного змея, готовь деньги для залога, — говорит брат, и в мгновение ока я уже бегу к двери.

Смех Роуэна и Слоан преследует меня до самой улицы.

Я резко останавливаюсь на тротуаре, вытягивая шею, чтобы разглядеть прохожих. Прислушиваюсь к голосу Ларк, который всегда звучит, как перезвон колокольчиков на ветру.

Ничего.

Разворачиваюсь, и повинуясь интуиции, направляюсь на восток.

Телефон сжимаю в руке так сильно, что он чуть не ломается, быстро ищу номер Ларк, который сохранен в избранном, и нажимаю.

Сразу голосовая почта.

— Йибучий случай, — шиплю я, и понимаю, что она бы высмеяла меня за такие слова. Дразнила бы меня до тех пор, пока я не был бы вынужден отвернуться, чтобы скрыть самодовольную улыбку, которая так и просится наружу каждый раз, когда она нажимает на мои кнопки. Потом она отпустила бы в мой адрес какой-нибудь язвительный комментарий о Недоделанном Бэтмене и снова возвела стены, точно так же, как я пытаюсь удержать свои от падения.

Но на этот раз проблема не в барьерах между нами. Не в том, что произойдет, если мы подпустим друг друга ближе.

А в том, что она выпустит наружу.

Я бросаюсь бежать. Она не могла уйти далеко.

Не знаю, инстинкт, судьба или, черт возьми, тупое везение, но я бросаю взгляд в переулок, когда бегу мимо и замечаю ее. Ларк стремительно несется по узкому проходу, сумка хлопает по ее круглой заднице.

Мое сердце учащенно бьется от предвкушения погони. К счастью, я подкрадываюсь к ней незаметно, потому что она бормочет себе под нос всякие ругательства.

Я хватаю Ларк за шею и нарушаю ритм ее марширующих шагов. Воздух со свистом вырывается из ее легких, когда я прижимаю ее спиной к кирпичной стене, ее глаза встречаются с моими, шокированные и свирепые.

— Что за хуйня? — Ларк хватает меня за руку и пытается вырвать ее, но я не двигаюсь с места. — Отпусти меня.

— Ну уж нет, герцогиня.

— Прекрати так меня называть.

— Прекрати гнаться за случайной женщиной, чтобы порезать ей лицо.

— Случайная, ага, — фыркает она и морщит нос, под ладонь я ощущаю, как ее пульс учащается. — И она сможет жить без лица.

Я наклоняю голову, разглядывая ее. Прищуренные глаза, румянец на щечках, шрам у линии роста волос, который напоминает о нашей первой встрече и оставляет след сожаления всякий раз, когда я смотрю на него слишком пристально.

— Странно, что ты споришь из-за слова «случайная», а не про вырезание лиц.

— Я хотела спорить по порядку.

— Конечно. И в чем, собственно, заключался твой план? Не думаю, что ты хотела пригласить Клэр на попкорн и киномарафон с Киану.

Взгляд, которым Ларк сверлит меня, почти смертелен.

— Не. Называй. Ее. Имя. В одном. Предложении. С Киану Ривзом. Никогда.

— Кажется, ты умалчиваешь о главной сути.

— Есть суть? Я думала, что ты просто командуешь.

Мне удается подавить разочарованный рык, но с трудом, и Ларк это замечает. Кажется, Ларк наслаждается, когда я проявляю эту эмоцию, ведь так она пробирается сквозь мой самоконтроль.

— Какой, черт возьми, у тебя был план, Ларк?

— Я не знаю, — говорит она, пренебрежительно взмахнув рукой. — Может быть, проследить за ней до дома. Вломиться…

— Господи…

— Купить несколько банок аэрозольного клея и, наверное, повесить в ее шкафу бомбу из блесток, — лукавый блеск в глазах Ларк становится маниакальным. — Можешь представить себе эту зазнайку в сверкающей одежде? Я думаю, это станет ее личным адом.

— Вообще-то, могу, поскольку мой брат сказал, что ты недавно проделала нечто подобное с его машиной. У тебя блестящий психоз, герцогиня.

Ларк пристально смотрит на меня.

— Ладно, я понимаю, почему ты так поступила с Роуэном. Возможно, это было заслуженно, учитывая, что это мой брат — тупица. Но причем тут Клэр?

Ларк моргает, ее горло двигается под моей рукой, когда она сглатывает. Не знаю, действовала ли она чисто инстинктивно и теперь пытается связать воедино все факты, или же она не хочет рассказывать мне, почему собиралась выследить женщину, которую видела всего один раз.

— Выкладывай, герцогиня, — я наклоняюсь ближе и стараюсь незаметно вдохнуть ее сладкий аромат. Мой взгляд скользит по ее лицу, и у нее перехватывает дыхание, когда она смотрит мне в глаза. — В чем твоя проблема? Просто скажи.

— Довольно сложно это сделать, когда твоя рука сжимает мое горло.

Я ослабляю хватку, но не хочу отпускать ее, когда замечаю, как ее взгляд устремляется в конец переулка, как будто она готова возобновить охоту.

— Попробуй. Думаю, ты справишься…

— Это из-за нее, верно? — на ресницах Ларк блестят слезы ярости, и она смиренно моргает. — Той ночью. В Хэллоуин. Ты не хотел уходить с вечеринки, но ушел из-за меня.