Мастер и Жаворонок полностью

Я делаю снимок. Как раз обхожу стол и подхожу к Лаклану, когда из коридора до нас доносится голос. Кто-то разговаривает по телефону. Мое тело напрягается от паники, но Лаклан уже в движении, обхватывает меня рукой за талию, и тащит за собой к шкафу.

Закрывает дверь, оставляя нас в тесноте.

— Лаклан…

Его рука закрывает мне рот, и я пытаюсь не застонать, когда кровь приливает к голове.

— Ш-ш-ш, — шепчет он, касаясь губами моего уха, его голос такой тихий, что даже я едва слышу его. — Я рядом, герцогиня.

И он правда рядом.

Лаклан прижимает меня к груди. Его хватка усиливается, когда дверь кабинета открывается и кто-то входит в комнату. Он прижимает меня еще крепче, а мое тело сотрясается от прилива адреналина. Мужчина в офисе говорит о заказе спиртного, и в столе выдвигается ящик. Он не слышит шепота Лаклана, который служит как опора в темноте.

— У нас все хорошо. Просто закрой глаза, если хочешь. Я не отпущу тебя, обещаю.

Меня охватывает паника, когда мужчина обходит стол и направляется к шкафу с документами.

— Ты умница. Очень храбрая, — в голосе Лаклана звучит смертельная клятва, когда он произносит: — Я убью его, он даже пальцем не успеет тебя тронуть, обещаю. Слышишь?

Я киваю, но рука Лаклана все еще зажимает мне рот.

— Моя девочка.

Кровь вскипает, когда его губы прижимаются к моему виску и задерживаются там.

Страх и желание. Они борются в моих венах.

Я обхватываю дрожащими пальцами запястье Лаклана и тяну его руку вниз ровно настолько, чтобы освободить свои губы. Он откидывается назад, его глаза за стеклами очков следят за очертаниями моего лица. Возможно, он ожидает, что я увеличу дистанцию между нами, что отпущу его руку, но я этого не делаю. Провожу его пальцами по своей шее, где пульс отбивает бешеный ритм, вниз к ключицам и, наконец, к полоске обнаженной кожи на груди. Я сжимаю его ладонь там.

Хочу, чтобы ты остался, — говорит это простое прикосновение.

Мгновение спустя мы слышим тяжелые шаги. Дверь кабинета закрывается, оставляя нас в тишине.

Лаклан приоткрывает дверцу шкафа, чтобы я выглянула наружу из-за его спины. Но я наблюдаю за ним. Его рука все еще лежит у меня на груди. Мои пальцы обхватывают тыльную сторону его ладони, которую я прижимаю к своей коже. Мое сердце поет где-то в глубине души. Я знаю, он это чувствует. Он наблюдает за этим касанием, как будто может разгадать секреты, которые удары сердца посылают его коже.

Боль скручивается где-то внизу живота. Меня преследует потребность. Все больше и больше, она поглощает. Даже когда утром Лаклан, спотыкаясь, выходит из своей комнаты в футболке и спортивных штанах с низкой посадкой и направляется к кофеварке, чтобы приготовить нам американо. Его взгляд всегда задерживается на моих губах, когда я улыбаюсь. Мной овладевает странное чувство, когда я остаюсь ночью одна в своей комнате, смотрю в темноту, рукой скользя под пижамные шорты. Я представляю себе прикосновения Лаклана, когда ласкаю свой клитор, когда погружаю пальцы в свою киску. Я хочу его прикосновений везде. Я хочу, чтобы это длилось дольше, чем просто мгновение.

Мое дыхание учащается, когда эти образы возникают в голове. Пульс бьет сильнее. Глаза прикованы к его губам.

Всего один поцелуй. Я хочу большего, чем воспоминание. Большего, чем воображение. Я хочу его.

Наклоняюсь ближе. Но Лаклан давит мне на грудь.

Наверное, обида написана в каждой черточке моего лица. Я никак не могу скрыть это, даже в тени. Губы приоткрыты. Кожа пунцовая. Отодвигаюсь назад, ожидая, что Лаклан уберет руку, когда я опущу свою. Но он этого не делает.

— Нет, герцогиня, — шепчет Лаклан с решительным выражением лица.

Я сглатываю. Качаю головой. Я так много всего хочу сказать, но с языка срывается только одно слово.

— Лаклан…

Он убирает руку с моей груди, оставляя после себя холодную боль, но когда я уже думаю, что он полностью отстранится, он касается моей щеки костяшками пальцев, не отрывая взгляда от моих глаз.

— Сначала я должен удостовериться, что ты простила меня. Иначе ничего не получится, а я хочу, чтобы все было хорошо.

Прежде чем я успеваю что-либо сказать, Лаклан одаривает меня слабой извиняющейся улыбкой, затем открывает дверцу шкафа и выходит.

Я чувствую, что мой разум отделен от тела, когда выхожу вслед за ним из комнаты и иду по коридору.

Хотя Лаклан оглядывается на меня через плечо, мы не разговариваем. Незаметно возвращаемся в бар, и он достает из кармана телефон, чтобы написать Конору. Мгновение спустя я слышу, как на моих часах высвечивается сообщение, и задаюсь вопросом, может, он добавил меня в общий чат, но на экране высвечивается имя Слоан. Я достаю свой мобильный и открываю диалог.

|Подумала, что тебе следует знать…

Я замираю на месте, когда читаю заголовок новостной статьи, которую она прислала.

РАССЛЕДОВАНИЕ УБИЙСТВА И ИСЧЕЗНОВЕНИЯ ДИРЕКТОРА КОЛЛЕГИАЛЬНОГО ИНСТИТУТА ЭШБОРН