- Верньер из Министерства ясно дал мне понять, что Скримджер считает «Ночного Охотника» человеком Дамблдора, работавшим под прикрытием. В этом свете появление Тигрёнка в моём поместье как раз в такое подходящее время выглядело, как заранее спланированная операция. И все эти тайны, недомолвки, окружавшие малыша… его желание выкрутиться в любой ситуации и откровенные заявления, что если мы не хотим услышать ложь, нам лучше не задавать вопросов. И в резиденции Лорда он появился так просто, как будто регулярно заходил туда выпить чаю. После того, как я узнал про список – думал, убью эту юную сволочь на месте. Как будто затмение какое-то нашло. Я безоговорочно… понимаешь? Безоговорочно поверил в предательство!!!
- Мы слишком долго были Пожирателями, Люц. А это калечит душу, - Северус поднял на метавшегося по кабинету друга ставшие вдруг удивительно старыми и больными глаза. - Он никогда не простит нас…
- Не-ет, Сев! Ещё не всё потеряно! Мы найдём его! Обязательно найдём!
- И что мы ему скажем? Что поверили в предательство человека, который не раз спасал наши жизни? Мы ведь даже не дали ему сказать ни слова в своё оправдание! Почему он отдал свои воспоминания журналистам, ты знаешь? Я – нет. Но почему-то Тигрёнок это сделал. Вот скажи, Люциус, если бы ты оказался на его месте и тобой так воспользовались, ты бы простил?
- Его? Да. И тебя тоже. Физиономию бы набил в обязательном порядке, оттрахал бы до полного изнеможения, но простил. А… ты?
- Не знаю. Но найти его – найду… любой ценой… даже если это кончится для меня «Авадой». Я это заслужил, ведь он же просил меня… - Сев махнул рукой и, резко встав с кресла, отвернулся к окну, обхватив себя за плечи.
- Кхм… кхм… И о чём же вас просил этот молодой человек, Северус? – раздавшийся в кабинете вкрадчивый потусторонний голос призрака заставил занимавшихся самоедством мужчин подскочить на месте и развернуться к портрету.
- Мистер Малфой… Максимус…
- Дед! Помоги!
- И в чём конкретно я должен тебе помочь, дражайший внучек? – обманчиво тихий и ласковый голос не предвещал ничего хорошего тем, к кому был обращён вопрос.
- Нам…
- О-о! Наконец-то, я услышал это слово! А-то всё «Я», да «Я». Вы, дети мои, себя со стороны хоть слышали? Что здесь произошло?
- …………….
Мужчины, которых старый призрак отчитывал, как школьников, молчали, не глядя ему в лицо и стараясь избегать взглядов друг друга.
- Та-ак, насколько я понял, ответа от вас мне придётся ждать долго… тогда я сам попытаюсь догадаться. Вы обвинили этого юношу в предательстве, не разобравшись в ситуации, и причинили ему какой-то вред. Всё, что меня интересует, это что вы ему сделали?
- Дед, нам необходимо увидеться с ним… пожалуйста…
- Ты не ответил на мой вопрос, Люц.
- Максимус, нам надо его видеть, чтобы исправить тот вред, что мы причинили мальчику.
- Хорошо, я попробую с ним поговорить… когда он придёт в себя, - поняв, что объяснений от этих двоих он не получит, призрак решил выяснить, что произошло другим путём. Благо дело, почти в каждой комнате поместья были магические зеркала. Мало кто из волшебников знал, что духи могут подчинять себе магическое стекло. «Впитавшись» в свой портрет, Максимус материализовался в тайных покоях и тут же замер, почувствовав запах гари. Дверь в спальню была заперта, но призрака это остановить не могло, он просто прошёл сквозь неё, оказавшись в практически уничтоженной огнём комнате. Чудом уцелел только осколок помутневшего зеркала, когда-то висевшего в богатой раме на стене, но призраку и этого было более чем достаточно для получения информации. Пара тихих фраз, произнесённых на каком-то древнем языке – и стекло показало ему всё, что произошло в этой комнате.
А ещё через несколько минут в кабинете из собственного портрета вырвался разъярённый призрак. При его появлении стёкла в окнах зазвенели жалобно, реагируя на волны потусторонней приведённой в ярость Силы, окружавшей Максимуса, бронзовые ручки шкафов покрылись зеленью, а на дожидавшихся его мужчин повеяло могильным холодом.
- И после всего этого вы ещё смели меня просить связать вас с мальчиком???!!! Да как у вас языки повернулись даже заговаривать об этом?! Люциус!!! Я всегда думал, что ты не такой, как твой отец, но, видимо, яблоко от яблони недалеко падает! Мне очень жаль, что ты потомок моего рода! Слышишь?! И если бы у меня была такая возможность, я бы, не задумываясь, уничтожил такое чудовище! Но у меня такой возможности нет, а ОН не захотел вашей крови. Вы оба недостойны его! Прощайте, ноги моей больше не будет в этом доме! – с этими словами дух старого волшебника исчез, оставив после себя только пустой портрет и застывших посреди комнаты бывших Пожирателей. Тех самых новоявленных Героев-Магического-Мира, которым сам Министр и всё его окружение готовы были петь дифирамбы. Людей, которых преследовала толпа восторженных поклонников, которым буквально на шею вешались самые красивые молодые ведьмы и маги Британии и которые сейчас с радостью отдали бы собственные жизни,только за возможность попросить прощения у любимого человека.
