Так и началось сотрудничество нового Министра Магии, председателя Визенгамота, являвшегося параллельно деканом одного из факультетов Хогвардса, и невыразимца, в котором просто невозможно было узнать невысокого и сухопарого юношу, которого эти двое так хорошо знали когда-то. Да-а уж, низенький, почти квадратный лысый мужчина лет шестидесяти с маленькими бесцветными поросячьими глазками и вечно мятой маггловской одеждой ничем не напоминал красивого черноволосого зеленоглазого парня. К тому же обладал нарочито грубым голосом, своеобразным чувством юмора и способностью встревать в разговоры Министра в неподходящее время. Всё это просто бесило Люциуса. К тому же, упоминаемые чуть ли не в каждом предложении маггловские поговорки выводили его из себя, и поначалу прогноз, который озвучил Кэсу Марк перед началом операции, вполне мог осуществиться, но потом… Бывшие члены Внутреннего Круга Тёмного Лорда очень быстро поняли, что хамоватый невыразимец ни разу не сорвал серьёзные переговоры и, несмотря на свою шумность и порывистость, очень профессионально, не хуже опытных авроров из охраны, отсекал любые потенциально опасные для лорда Малфоя контакты. Кроме того, этот человек, в отличие от авроров, великолепно разбирался в подводных течениях Британской Магической политики и знал, кто на самом деле вершит дела в Магическом Мире, игнорируя тех, кто изображал из себя важность и значимость, являясь на деле чужой марионеткой. Прошло три недели, пара таинственных покушений была задавлена Джонсом в зародыше, хоть ему и не удалось пока отследить источник опасности, постепенно друзья стали прислушиваться к советам грубого и язвительного волшебника и даже перестали реагировать на его нарочито наглые комментарии. Наоборот, после всеобщего слепого поклонения и повсеместных преследований потенциальных женихов и невест, а также их озабоченных благосостоянием чад родителей возможность ответить кому-то со всей прямотой, не выбирая выражений, и просто выпустить пар воспринималась как своеобразная отдушина в их выставленной на всеобщее обозрение жизни. А уж когда этот самый Джонс во время одной из пресс-конференций с журналистами сумел заткнуть рот самой Рите Скиттер, партнёры прониклись к сволочному невыразимцу невольным уважением.
Чего не ожидал сам Марк, так это того, что поначалу мучительный для него процесс общения с двумя предавшими его когда-то мужчинами станет необходим ему как воздух, а скандалы, вспыхивавшие в первые дни буквально на каждом шагу, перейдут в язвительные перепалки коллег-единомышленников. История повторялась, юноша опять невольно поддался очарованию своих любимых негодяев и, как и три года назад, их общение было завязано на иллюзиях, лжи и недомолвках. А тут ещё и хорошо ему знакомые жесты партнёров, выдающие их духовную и телесную близость, даже не замечаемые ими. Парень стал ловить себя на том, что тело, помнившее их прикосновения, словно само тянется к ним, пытаясь вернуть утраченное тепло общения. Несмотря на железный контроль над собственным сознанием, юноша вновь стал видеть те старые сны, в которых они были вместе. Ничто не могло помочь – ни встречи с подругами, ни работа до полного изнеможения. И всё это многократно усиливалось магией медальона. Чтобы напомнить себе, чем это всё кончилось в прошлый раз, юный маг снял медальон с цепочки, заменив его кое-чем другим. Несмотря на то, что он вжился в образ грубого служаки и его вроде бы ни в чём нельзя было заподозрить, парень всё же боялся разоблачения.
Напрягало и то, что опасность, которую Маркус чувствовал всем своим существом, нарастала, а он никак не мог определить её источник. Единственное, что он сумел вычислить точно, в этом заговоре каким-то боком был замешан посланец Испанского Министерства Магии. А учитывая предстоящий визит Люциуса и Северуса в эту страну… Ничем хорошим эта поездка закончиться не могла. К тому же, у Дрея и Герми началась практика, на которую их заслали аж во Французский Магический Университет, лишив Отдел чуть ли не на две недели лучшей команды аналитиков. Правда, Малфой-младший вернулся накануне – ему, не спрашивая его мнения, ректор Британского Магического Университета выбил досрочное завершение практики. Ежу понятно было, что дело в его родстве с Министром, и поначалу Драко взбеленился, собираясь устроить скандал по поводу дискриминации маглорожденной студентки, так как Гермионе пришлось в одиночку завершать их совместный проект, но подруга его отговорила.
Как выяснилось впоследствии, лучше бы он тот скандал устроил…
