Ничто не предвещало дополнительных катаклизмов. Министерство готовилось к запланированному визиту Министра в Испанию. Маркус, укрепившийся в уверенности, что не только испанский посланник, но и кое-кто из его сопровождения замешан в покушения на Люциуса по самое не хочу, пытался отследить британские связи заговорщиков. Там явно прослеживались какие-то личные мотивы, но, не зная, откуда у всего этого «ноги растут», отследить их было невозможно. Причин отказаться от визита не было. И в самом деле, не назовёшь же серьёзной причиной дурные предчувствия и голос интуиции какого-то невыразимца. Оставалось только отправиться в Мадрид и там, на месте попытаться раскрыть заговор. Вот только похоже было, что усилия Маркуса по раскрытию покушения кому-то показались очень опасными, и Люциус получил официальное обращение Министра Магии Испании с просьбой исключить из своей делегации магглорожденных магов, так как это «оскорбит элиту испанской аристократии», ведь в этой стране «грязнокровки» не допускались до сколько-нибудь серьёзных постов в Министерстве. Это было прямым намёком, что такой персонаж, как Джонс, будет нежеланным гостем в Магической Испании.
На следующий же день, Люциус вызвал невыразимца в свой кабинет и просто молча протянул ему свиток с письмом своего испанского коллеги.
Джонс пробежал глазами послание и криво усмехнулся:
- Этого следовало ожидать. Моя неаристократичная внешность оскорбляет эстетические вкусы чистокровных магов.
- И вас это остановит, Джонс? – голос Министра был полон насмешки.
- Ну, что вы, господин Министр… Оскорбляет – сменим, за чем же дело стало, - и хитро усмехавшийся маг, вернув начальству пергамент, официально не рекомендовавший ему появляться в Испании, удалился.
Гром грянул, когда его не ждали, и вовсе не с той стороны. Однажды вечером, за день до отъезда, Малфой и Снейп были срочно вызваны на экстренное заседание Совета Лордов. Марк, которому туда путь был заказан, остался проводить последнюю проверку системы безопасности перед дорогой, когда его по галлеону вызвал Дрей:
«Марк, Миона в опасности».
Глава 44. Раскрытые тайны
Глава 44
Гермионе было скучно. Занудную, изобилующую второстепенными деталями лекцию по Арифмантике, которую перед сдачей практики повторно читал для студентов профессор Леклерк, она хорошо запомнила ещё с начала курса. К тому же, её проект не имел к этой теме никакого отношения, и девушка только зря потеряла драгоценное время, которое можно было потратить с большей пользой. Например, доводя до ума выведенную ими с Дреем формулу корреляции совокупности магических аур, позволяющую контролировать в какой-либо местности не просто применение темномагических проклятий (это-то как раз при наличии опыта и достаточной подготовки можно было блокировать так, что ни один аврор не смог бы ничего заподозрить), а изменения полярности магического фона в целом. Причём формула помогала отслеживать только действительно тёмные ритуалы, не реагируя на родовую и кровную магию, если только там не творилось что-то совсем уж отвратительное.
И надо же было мистеру Дженкинсу, ректору Британского Магического Университета, «прогнуться», освободив Дрея от практики как раз в тот момент, когда они, уже отработав саму идею, подбирали литературу для обоснованного и логичного изложения работы в письменном варианте. Работа была не такой уж сложной, но кропотливой, муторной и требовала многочасовых поисков в библиотеке. Но Герми не позволила любимому устроить скандал, который тот намеревался учинить в деканате. Привычка скрываться и не привлекать внимания к их отношениям стала второй натурой. Да и от Маркуса приходили порой тревожные вести. Кто-то, похоже, вознамерился свести отца Драко в могилу и упорно пытался добиться этой цели. Люциусу могла потребоваться помощь сына, да и отделу без аналитиков приходилось работать в авральном режиме. Вот и приходилось девушке завершать всю неприятную возню с документацией в одиночку. Время было дорого, и эта длинная трёхчасовая лекция была сейчас совсем уж некстати.
