- За то, что удержался от мести, - Люциус вышел вперёд, взглянул в постоянно меняющие оттенок глаза и ответил на незаданный вопрос. – Да. Мы заметили, что кто-то снял родовые Сигнальные чары…
- И воспоминания твоего приятеля с его новоявленной подружкой тоже просмотрели. Почему, Маркус?
- Что – почему?
- Почему ты передумал мстить?
- Девчонку жалко стало. Она боялась вас обоих до безумия. Да и Рону хотелось помочь. Неужели вы с Люцем подумали, что я не воспользовался таким шикарным случаем нагадить из жалости к вам? – Марк насмешливо-цинично выгнул бровь, пародируя одну из коронных гримас Северуса. – Тогда я должен вас разочаровать… Мир не крутится вокруг вас… лорд Принц. Это же касается и господина Министра.
- Гадёныш… - восхищённо протянул Люциус. – Ох же и сволочь!
- Учителя хорошие были. Обучили. Я усердный ваш ученик, - юноша оскалил острые белые зубы в хищной улыбке, зелёные глаза блеснули почти волчьей голубизной.
- И врать хорошо научился, - бархатный голос Сева, ставший ниже почти на октаву, зарокотал приглушённо почти возле самого уха Маркуса, заставив того приложить титанические усилия, чтобы скрыть дрожь, пробежавшую по телу от его завораживающих интонаций.
- Докажите.
- Марк, я хотел попросить у тебя прощения за те мои слова в Малфой-Меноре. Как и ты, я боялся, что твоё внимание – всего лишь месть с твоей стороны, - голос зельевара вдруг стал непривычно нежен. Люциус тоже осторожно прижался к напряжённому, словно струна, парню. Марк не знал, как реагировать. Его неимоверно тянуло плюнуть на всё и обнять их обоих, но… подсознательный страх не давал пошевелиться, и неизвестно, кто бы победил в этой схватке (дело вполне могло кончиться малоконтролируемой вспышкой ярости), но тут дверь в гримёрку открылась, и на пороге появился уже избавившийся от грима и переодевшийся Кэс.
А потом они сидели все вместе с Герми и Драко в уютном маггловском кафе, хорошо скрытом от посторонних глаз. Из его окна открывался чудесный вид на ночной город. Вокруг вынесенного на отдельный балкончик столика царил полумрак, а шесть близких друг другу людей впервые за долгое время сидели и разговаривали по душам. Марк всё больше помалкивал, лишь иногда вставляя насмешливые комментарии, но язвить даже и не пытался. Люциус с Севом не форсировали события, хотя иной раз было заметно, насколько их раздражают взгляды посетителей ресторана и официантов, которые те бросали на экзотично выглядевшего юношу. Как ни странно, Маркуса эти взгляды тоже раздражали… потому что предназначенные ему он привычно игнорировал, а вот восхищение в глазах женщин, смотревших на Люца с Севом и Кассиуса, вызывало в нём разнообразные желания, основополагающим моментом которых была тяга проклясть кого-нибудь из глядевших… Да посильнее. В общем, к тому моменту как они разошлись, юноша не знал, чего хочет больше – чтобы его оставили в покое или всё же чтобы не оставляли. А спокойное, почти приятельское прощание даже оставило осадок обиды у него на душе: «Могли бы, в конце концов, хоть поцеловать на прощание. Я бы их, конечно, проклял, но они ведь и не пытались».
Так начался ещё один период в их жизни, продлившийся почти месяц. «Джонса», вернувшегося из отпуска, иногда одного, а иногда на пару с «Тенью» чуть ни каждый день приглашали для отчёта к Министру Магии. И там в это же самое время «совершенно случайно» оказывался Северус. Вначале общение было довольно натянутым. Потом Марк успокоился и даже стал отпускать кое-какие комментарии. После работы они частенько отправлялись в какое-нибудь интересное место, благо дело, Люц с Северусом знали их превеликое множество. Подобные путешествия всегда были необычны и интересны. Мужчины прекратили явный прессинг, не пытаясь смутить Марка, но в мимолётных прикосновениях себе не отказывали. Правда, всё было достаточно невинно… для них. Парень поначалу вздохнул с облегчением, что на него не давят, но со временем поймал себя на мысли, что ожидает… форсирования событий. Маркус колебался. Они словно узнавали друг друга заново, и неизвестно, сколько это ещё могло бы продолжаться, если бы не один случай.
