Поссорившись с родителями, Ася отправляется в приключение, полное опасностей. Теперь она сможет вернуться домой, только если соберет пять рун и создаст свой собственный ключ, отпирающий миры. Лис — единственный человек, на чью помощь она может рассчитывать. Но можно ли ему доверять? Кто он — друг или враг?
Лис сидел, протянув ноги к камину, хотя огонь давно уже прогорел, а угли почернели и покрылись хлопьями пепла. От раскрытого настежь окна тянуло холодом. Лис чувствовал, что пальцы рук заледенели. Он пошевелил ими, мимолетно подумав о том, что надо бы, пожалуй, подняться в комнату. Покрывало на постели не одергивалось уже несколько дней, но Лис знал, что и сегодня просидит в кресле до утра. Он страшно устал сегодня. Впрочем, он просто устал. И это не была усталость тела, когда ноют ноги и тяжелеет голова. Это была усталость души, когда ноет и стонет все внутри. И сон не помогал, наоборот, ясная голова добавляла страданий.
Когда-то в этом доме была жизнь. Любовь. Слуги. Надежда на будущее. Теперь остались лишь пустые стены. Так и хозяин дома был пуст внутри, одна оболочка.
Лис закрыл глаза, погружаясь в еще большую тьму. В этот момент дверь толкнули. Так нерешительно, что поначалу хозяин замка решил: это сквозняк пытается проникнуть в дом, и даже не повернул головы. Но неизвестный, стоящий по ту сторону, не оставил попыток войти. Дверь толкнули еще несколько раз, а когда поняли, что она заперта, то принялись стучать, сначала негромко, потом все более требовательно.
- Убирайтесь прочь! - крикнул Лис.
«Оставьте меня в покое!» - хотел добавить он, но предпочел ограничить общение первой фразой.
- - Впусти меня! - жалобно произнес девичий голос.
Лис вскинулся, мгновенно оказавшись на ногах, и тут же мысленно выругал себя за эту поспешность. «Это не она! Когда ты уже поймешь это! - сказал он сам себе. - За прошедший год она не пришла ни разу. Не пришла бы и теперь. Это просто девчонка из деревни. Да. Несомненно».
И все же зачем-то зажег масленую лампу и пошел открывать, морщась, как от зубной боли. Понимая, что за дверью не окажется Аси. Там будет стоять девчонка-замарашка, босая, с корзиной ягод. Собирала до позднего вечера, теперь заблудилась и не знает, как добраться домой. До ближайшей деревеньки путь неблизкий. «В конце концов, здесь мои земли и я должен помогать, как хороший наместник, своим подданным», - оправдывал он свою заинтересованность.
Он даже придал своему лицу суровое выражение, подходящее для встречи непрошеных гостей. Сердце слегка екнуло, когда неровный свет лампы упал на лицо девушки, но тут же вновь забилось ровно и тускло.
Конечно, это была не она. Не Ася.
Хотя на деревенскую жительницу ночная гостья тоже не походила. Одежда чуть напоминала местную, но наметанный взгляд тут же отличил подделку. Больше всего ее выдавал взгляд. Не подобострастный, слегка испуганный, по большей части смотрящий вниз, а открытый и уверенный. Она словно ждала от него чего-то. И видно было, что девушка попала в беду.
Руки расцарапаны, подол изорван, под глазами темные круги от усталости. Она шла сюда очень долго, судя по ее виду.
Лис заметил на ее шее цепочку, уходящую в вырез рубашки, и все понял.
- Ты - Отворяющая, - сказал он утвердительно, потому что это был единственно возможный вариант.
Она смотрела на него очень долго и молчала. Потом вдруг из ее глаз полились слезы, которые девушка даже не трудилась вытирать.
Слезинки повисали на кончике ее толстого носа, катились по пухлым щекам, делая лицо еще более некрасивым. Да, девушка была отнюдь не красавица. Полная и приземистая. Тонкие волосы мышиного цвета висели серыми сосульками. Лицо, широкое и рыхлое, слезы его совсем не украшали.
Лис почувствовал себя неловко. Утешать плачущих девушек он никогда не умел. Единственное, на что хватило его такта и чувствительности, это посторониться и слегка тронуть ее за плечо, давая понять, что он приглашает ее в дом.
- Совершенно не обязательно разводить сырость. Я понимаю - ты заблудилась. Не ожидала, что тебя занесет в Последний мир. Завтра я провожу тебя, - он шел позади нее и сам не понимал, почему вдруг принялся молоть эти банальности.
Девушка вошла в комнату, села в кресло Лиса, на что тот скривился, но промолчал и принялся разжигать огонь в камине.
- Как тебя зовут? - спросил он, не оборачиваясь, чтобы хоть как-то поддержать разговор. На самом деле имя молоденькой Отворяющей его совершенно не интересовало, Лис забыл бы его тут же, как услышал. Но надо было прервать эти хлюпанья носом и вздохи, а беседа являлась верным способом.
Отворяющая молчала. Лис даже обернулся посмотреть, не упала ли она в обморок от переживаний, но нет, девушка сидела, сжавшись в комочек, хотя при ее комплекции это смотрелось немного странно, и лишь глазенки сверкали из-под свесившейся на лоб челки.
- Так как же? - напомнил Лис о своем вопросе.
Она закусила губу и сказала тихо:
- Алиса.
- Славно. Милое имя, - сказал он, подумав про себя, что девушке, сидящей напротив него, имя это совершенно не подходит.
Наконец огонь весело запылал, наполняя теплом выстывший зал.
- Только накормить мне тебя нечем. Извини.
Это была чистая правда, в доме давно не водилось еды. Сам Лис не так уж часто бывал здесь в последнее время, предпочитая путешествовать по мирам.
Алиса облизала засохшие губы.
