– Да. Не знаю, что у вас произошло, но он поехал в клуб, приказал одному из охранников привязать его руки наверх и избить плетью. Одно дело, когда он сам себя бил, а другое, когда это делает здоровый мужик.
– Что с ним?! Где он?!
– Он сейчас дома. Лежит. Мне позвонил его водитель. Никто из прислуги не знает. Я приехал к нему и вызвал доктора. Он сопротивляется, послал его, встал с кровати и пытался подраться со мной. Я понимаю причину его поведения и считаю, что только ты можешь всё исправить. Смотреть на это дальше невозможно. Он мучит себя, доставляет боль и не даёт телу зажить.
Я была в шоке. Услышать такие вещи очень страшно, тем более когда сама прошла через это. В таком же шоковом состоянии я пошла наверх. Оделась, взяла кольцо, которое он подарил, и спустилась.
– Поехали, – сказала спокойно.
Мы сели в машину Сергея. Тишину, которая удушающе висела в салоне, он нарушил первый.
– Вероника, я хотел извиниться, попросить прощения.
Я молчала.
– Если сможешь, прости меня. Знаю, что поступил как последняя скотина, но… я… как бы это ни звучало странно, ревновал его. И признать это боялся, хм, – усмехнулся он, – стеснялся. Вёл себя как идиот. Всё время пытался настроить его против тебя. А на дне рождении у Славки он высказал мне всё, что думает, я разозлился на него, но в большей степени на тебя. Хотел сделать вам обоим больно. И поступил вот так. А ведь это была правда. Всё, что он мне там сказал, была правда. Вероника, я признаю свою вину и не хочу терять Макса. Он мой лучший друг, он мой брат. Я с уважением отношусь к его семье, к матери и отцу. Особенно к матери. Если бы не они, я бы рос в детском доме. И неизвестно, что со мной было бы сейчас.
Я молчала. Удивительно слышать такие слова после того, как ты видела человека в другом свете.
– Надеюсь, ты сможешь простить меня. Я хочу стать тебе другом.
– Ты в своём уме?! – посмотрела на него, как на больного человека. – Ты, вообще, слышишь себя?! После того как ты оттрахал меня, напичкал таблетками, чуть не задушил, хочешь, чтобы мы стали друзьями?..– я кипела от гнева и возмущения.
– Вероника, я всё понимаю, но…
– Ты ничего не понимаешь. Я постараюсь забыть всё, что было, но другом тебе не буду. Попробуй только подойти или прикоснуться ко мне ещё раз.
Остаток дороги мы ехали молча. Когда машина остановилась, я побежала в дом, как сумасшедшая. Влетела в комнату. Он лежал на кровати с моей стороны так же, как и я тогда, на животе. Его спина была так изуродована, что моё сердце перестало биться, дыхание спёрло и закружилась голова. Под ним лежало полотенце, местами она была пропитана кровью и сукровицей. Я подошла к нему. Он не спал. Я бросилась к нему, села рядом на пол и растерянно бегала по нему глазами. Уже и забыла, как это больно. Видеть любимого человека в таком состоянии оказалось невыносимо. Невыносимо больно. Невыносимо страшно. Невыносимо совестно. Лучше самой пережить это ещё раз. Моя душа разрывалась от боли и резала сердце в тысячи раз сильнее.
– Макс… Макс… Макс… что ты сделал?! – я не могла сдержать слёз. – Что же ты натворил?
– Зачем ты приехала, Ника?! Кто тебе сказал?! – возмущался он. – Не хочу, чтобы ты видела меня таким!
– О чём ты говоришь?! – начала ругать его я. – О чём ты говоришь?! Почему ты не сказал мне, Макс?
– Зачем ты приехала именно сейчас? Дай я приведу себя в порядок и мы потом поговорим. Я не хочу выглядеть слабым перед тобой.
– Макс, любимый мой! – замотала головой в разные стороны. – Что за глупости?! Ты совсем не слабый. Ты самый сильный человек, каких я только знала. Но зачем? Зачем ты это сделал, Макс?! Что ты натворил?! – хотела наклониться к нему и укрыть его тело своим, но боялась даже прикоснуться, чтобы не доставить ещё большую боль. – Как же так?! Макс… Макс… Ведь это так больно…– я стала плакать навзрыд. – Макс, прости меня! Прости, пожалуйста! Макс, – я взяла его руку и стала целовать, от моих слёз она была солёная.
– Ника, я не сержусь на тебя… я злюсь на себя…– он дотронулся до моего лица. – Ты не виновата. Поэтому себя и наказал.
– Макс, но зачем так сильно?! Макс, зачем, вообще, было это делать?! Макс! Макс, боже, как же мне больно! – я глотала воздух. – Мне трудно дышать. Задыхаюсь от этого вида. Макс. Прости… Прости меня, дуру… Я не хотела так… не хотела вчера всё это говорить. Это всё понеслось из меня бесконтрольно. Зачем несла эту чушь? Это всё неправда, Макс! Я не могу жить без тебя!
– Я знаю! – он улыбнулся. – Не верил вчера ни одному твоему слову.
– Я не могу смотреть на это. Что ты натворил?! Как только ты мог додуматься до этого?
– Ты же знаешь я не нормальный, – улыбнулся он.
– Тебе смешно? Ты видел себя?!
– Ника, прости меня.
– Я не…
– Подожди… Прости за причинённую боль… моральную и физическую. Прости за мои поступки. Прости, что заставляю тебя плакать. Прости, что тебе приходится видеть это. Я не хотел, чтобы ты знала. Не хотел, чтобы у нас всё было вот так. Я не хотел доставлять тебе боль, от которой ты будешь страдать.
– Макс. Я не сержусь на тебя. Я и сама виновата. Макс… Что мне сделать? Скажи, как помочь тебе?
