Мистер Райли внимательно посмотрел на меня своим цепким взглядом и спросил:
— Так что же вы все-таки хотели со мной обсудить мисс Ривс?..
-
Я шла домой, мысленно перебирая то, что рассказал адвокат. Прошлое всколыхнулось, а вместе с ним вся боль, оплетшая своими корнями счастливые семейные воспоминания.
Мне не хватало воздуха и я решила пройтись, несмотря на то, что дорога была неблизкой.
Но, во-первых, после стольких недель безвылазного сидения дома (не считая огорчительно короткой поездки на конференцию), оказалось неожиданно приятно просто идти по городу, вдыхая его запахи и вслушиваясь в его шумы.
А во-вторых, мне надо было переварить все и привести мысли и чувства в порядок до того, как я вернусь в дом сэра Кристофера. Не то, чтобы я переживала, что он заметит растрепанность моих чувств, но…
Дорога шла по прямой через рынок, который я обошла по большой дуге. На самом деле, было очевидно, что если кто-то захочет причинить мне вред, он может попытаться это сделать и в оживленном месте и на безлюдной улице. Но мне все равно было неприятно в первый же мой выход соваться в эту разношерстную толпу.
Физическая активность и свежий воздух сделали свое дело. К дому я подходила, чувствуя себя гораздо легче. Голова проветрилась, мысли структурировались…
Я бы соврала, если бы сказала, что заметила этого мужчину и как-то насторожилась.
Передо мной уже маячила крыша дома (та самая, которая чуть не стоила мне инфаркта, а миру — потери гения), и случайный прохожий, идущий мне навстречу никак не мог бы завладеть моим вниманием.
Я даже сначала не поняла, что произошло, когда глаза обожгло яркой вспышкой, в ушах зазвенело, а тело потеряло чувствительность.
Спустя то ли вечность, то ли доли секунды в глазах прояснилось, но тело по прежнему не слушалось. Оно само по себе вскинуло руки, наполняясь жгучей яростью и эта ярость ударила по тому, кто сейчас валялся на земле, наполовину оглушенный отдачей от удара по защитному артефакту.
Его протащило по брусчатке. Зазвенел, отлетая куда-то в сторону нож, которым попытались ударить мне в сердце.
Сознание плыло, я не понимала, что происходит, яростный туман снова застилал глаза, чужая магия жгла пальцы. Я в ужасе забилась куда-то внутрь самой себя и скорчилась там в комок, зажав уши, как маленькая девочка, прячущаяся от бушующей грозы.
И тряслась там, пока сквозь весь этот жуткий туман, не проник голос.
— Анна! Анна!
Голос был знакомым. Родным.
Он перекрыл грохот, и я потянулась к нему, рывком возвращая себе контроль.
Я распахнула глаза, тяжело дыша, почти задыхаясь. И первым, что увидела, был обеспокоенный взгляд сэра Кристофера.
И по этому взгляду я поняла: он знает.
Айрис, снова отброшенная на задворки сознания, сжалась внутри меня в воинственно-виноватый комок.
—
Тишина в гостиной давила на уши.
Только что здесь была полиция, следователь, сэр Кристофер…
А у меня в руках чашка остывшего чая, который сделала для меня миссис Доул и к которому я так и не успела притронуться.
После долгих и мучительных допросов, полиция все-таки нас покинула, а сэр Кристофер почему-то посчитал нужным их проводить. Возможно, чтобы Эльза, которой все происходящее не нравилось категорически, не поддала стражам порядка дверью, несмотря на запрет причинять вред гостям.
В голове было гулко и пусто.
Наверное, мне должно было быть страшно, но страшно не было. Была только огромная, безграничная просто усталость от всего происходящего и желание, чтобы оно закончилось. До последнего момента я не была уверена, что должна рассказать полиции правду. Но после первого же вопроса поняла, что врать дальше смысла нет. В конце концов они уже попытались меня убить. И, наверное, попытаются еще. Какой смысл в моих попытках представить это как очередную попытку что-то похитить у сэра Кристофера? В конце-концов, я не сделала ничего плохого. Ни тогда, много лет назад, ни сейчас…
Наверное, я даже испытывала долю облегчения от того, что все мои тайны вылезли наружу, даже те, о которых полиции я не рассказала, потому что отношения к делу они не имели.
Но я знала, что сейчас сэр Кристофер вернется и у него будут еще вопросы. И размышляла о том, как я буду на них отвечать. И что будет, после того, как я на них отвечу…
Сэр Кристофер вернулся и сел напротив меня, туда, где до этого сидели господа полицейские. Я смотрела в чашку, где кружилась пара одиноких чаинок и не решалась поднять на него глаза.
— Как вы себя чувствуете, Анна?
Вопрос выбил меня из колеи, и я растерянно моргнула, поднимая голову.
— Все в порядке, — пробормотала я. — Ваш артефакт прекрасно сработал, нападающий не причинил мне вреда…
— Я имею в виду ваше эмоциональное состояние, — ровно отозвался сэр Кристофер. — Мне тяжело понять, но если вам сейчас нужна пауза, то мы можем перенести разговор на тот момент, когда вы успокоитесь.
— Нет, — я мотнула головой. — Все хорошо, лучше сейчас.
— Почему вы не рассказали все это раньше? Про ваших родителей, и про то, что вам угрожает опасность.