– На отдыхе? – не поняла Алина. – Ростислав Поликарпович, я не… совсем осознаю. Вы… даёте нам… отвод?
– Так точно, – кивнул офицер.
Военнослужащий обошёл свой стол, занырнул в сейф и достал оттуда бумажный пакет, от души перетянутый бечёвкой, скреплённой сургучной печатью.
– Тут открепительные документы, – сообщил он, протягивая конверт подчинённой. – Вам лично предоставлен отвод. А, учитывая, что «Мастер» – ваш протеже, ему дана возможность присутствовать подле вас.
Бериславская нахмурилась, принимая передачу.
– Я… не понимаю…, – наследница затерянных знаний изволила морщить лобик. – Это же… за то, что мы с дедушкой Берислава призвали «Мастера»? И за участие в разведке? Я не просила об отводе… ваша инициатива?
– Ваших досточтимых родичей.
Вот тут уже мне стало не по себе от того, как резко вскинулась Алина.
– Спокойно, Алина Святогоровна! – воскликнул Ростислав Поликарпович. – Ничего серьёзного! Да, ситуация нерядовая, но никто не умер! Пожалуйста, не теряйте рассудка!
«Что-то дома у разноглазки», – понял я. «Что-то адски тяжёлое и очень-очень злое. Для неё это крайне больная тема. И обострение случилось недавно, раз домашние подали прошение о предоставлении отпуска».
– У вас все живы, – повторил Протопопов. – Хотел бы сказать, что здоровы, но… вы лучше меня знаете вашу домашнюю ситуацию. Потому не имею душевных сил и совести задерживать вас более. Транспорт в вашем распоряжении. Если готовы убыть незамедлительно…
– Что случилось…?! – враз осипшим голосом резко перепросила Алина, с хрустом сжимая тоненькими пальчиками пакет с документами. – Прошу, Ростислав Поликарпович! Не томите! Что произошло?!
– У вашей младшей сестры Златы кризис, – обтекаемо отозвался офицер. – Подробности мне неизвестны. Ваш родитель, Святогор Тихомирович, ходатайствовал о вашем отводе по семейным обстоятельствам. Я… не ограничиваю вас в сроках. Ступайте. Вас ждут дома.
Никогда не думал, что девушки способны так резко бегать в туфлях.
В юбке – да, и не такие спринты наблюдал по жизни. Но офицерские туфли, пусть и на несуществующем, низком каблуке – не самая удобная беговая обувь.
Бериславская опрометью ринулась прочь из кабинета, даже не попрощавшись с руководителем.
И эта девчонка ещё делает мне внушение за этикет при обращении с вышестоящим начальством?
– Наёмник, – позвал меня офицер, когда звонкий цокот девичьих каблуков об деревянный настил пола покинул коридор военачальника.
– Меня не надо просить, полковник, – отозвался я, уже зная наперёд, что он скажет. – Я присмотрю за нею.
– Будь так милосерден.
Алина бегает не просто быстро, а умопомрачительно быстро.
Мелкая проворная девчонка оказалась во дворе быстрее, чем я сумел её догнать.
Чтоб поспеть за напарницей, мне пришлось прибегнуть к телепортации.
Я материализовался перед капотом её открытой самоходки ровно в тот миг, когда она уже запрыгивала на передний диван за руль.
– Стой, – позвал её.
– С дороги! – прорычала Бериславская. – Не то снесу.
– Брысь из-за руля.
– С дороги!
– Ты глухая или тупая? На хер с пляжа!
– Да как ты…!
– НА ХЕР! – лязгнул я на весь двор Канцелярии.
Да так, что на нас обернулись все, включая людей, окна кабинетов которых выходили во двор.
– Ты чего творишь? – осведомился между делом. – Жить расхотелось?
– Пусти с дороги! – с начавшими делаться мокрыми глазами процедила девушка. – Уйди! У меня нет времени!
– Его ни у кого нет. А на верху принимают круглосуточно.
– Убирайся прочь!
– Рот свой замолчи.
От сугубо непривычной постановки фразы разум разноглазки выдал тормозок, переваривая услышанное.
Я обошёл технику и подошёл к напарнице, положив ей руку на плечо.
– Ты не доедешь, – тихо произнёс ей. – Не в этом состоянии. Разобьёшься, чем сделаешь хуже всем. Тебе надо оказаться на месте быстро? Пусти меня за руль. Но сама ты сегодня управлять не будешь.
Бериславская метнула на меня преисполненный ярости взгляд.
– Ты мне указывать вздумал, наёмник?! – прорычала действительный тайный советник. – То, что ты овладел мной, ещё не даёт тебе права мне приказывать!
– А ты ещё громче об этом заяви, – подсказал я. – Чтоб вся Канцелярия слышала, как её сотрудница порочными делами до свадьбы занимается.
Алина зыркнула по окружению и потупила взор, стиснув зубы.
– Ты на взводе, – тихо констатировал я. – Твой разум затуманен. Примерно догадываюсь, что у тебя дома произошло, но…
– Да что ты можешь догадываться?! – взорвалась разноглазка.
– РОТ. СВОЙ. ЗАМОЛЧИ.
Не люблю применять командный голос на девушках.
Им от него зачастую делается нехорошо.
Этот раз не стал исключением.
То ли я перегнул со взглядом, который у меня в такие моменты сам по себе звереет, то ли с интонацией, но соратница изрядно побледнела.
