– Старший помощник семьи Бериславских, – назвался он на удивление крепким голосом, не вязавшимся с его внешностью старика за семьдесят. – Моё имя Иннокентий. Дозвольте справиться, досточтимый гость, о вашем имени и цели вашего прибытия?
Старик стелет-то шёлково, а у самого взор, как у цербера из контрразведки.
Этого хер проведёшь.
Не могу сказать, что он меня насквозь видит, но с первого взгляда понятно, что с ним лучше не юлить.
Пусть он мне в прадеды годится, но за ним чувствуется мудрость прожитых лет, опыт и сила.
– «Мастер», – назвался я по привычке. – Сопровождаю Алину в поездке. В настоящее время исполняю обязанности её внештатного водителя.
– «Алину», значит, – дед просканировал меня острым препарирующим взором. – В каких же отношениях вы состоите с молодой госпожой, раз величаете её по имени и даже без отчества?
«Это что, типа, мой прокол?», – подумалось мне. – «Тут все помешаны на вежливости и полном именовании?».
– Я её протеже, – сообщил я. – Подопечный, если угодно.
Не буду же сообщать первому встречному-поперечному, что трахал разноглазку на почве взаимной симпатии?!
Старик Иннокентий окинул мою тушку прозекторским взором с ног до головы.
– «Мастер», полагаю, есть некое именование, – небезосновательно предположил он. – Могу я справиться о вашем родовом имени-отчестве?
– Мастеров Александр Александрович, – повторил я свою легенду. – Руководитель Тайной Канцелярии лично просил меня присмотреть за вашей молодой госпожой ввиду экстраординарного характера её ситуации.
Взгляд старика изменился с препарирующего на более дружественный.
– Стало быть, что знаете…?
– Догадался, – буркнул в ответ. – Чай, не первый раз на службе состою. Что такое личные проблемы соратников и нездоровая атмосфера дома – знаю отлично.
Старший помощник семьи учтиво поклонился, обозначив символический поклон.
– Прошу вас, пройдёмте в дом. Молодая госпожа, вероятно, встретилась с родителями, и какое-то время… не сможет уделить нам с вами своего драгоценного внимания.
Я примирительно поднял руки, оставив РПК висеть за спиной на ремне.
– И в мыслях не было кого-то торопить или на чём-то настаивать. Не каждый день случаются беды с младшими сёстрами.
Взор старика заметно помрачнел.
– Пройдёмте.
Меня отконвоировали в довольно просторный зал на первом этаже, очевидно, игравший роль гостевого.
Высокие потолки гармонично смотрелись с такими же высокими окнами.
Возле одной из стен стоял камин, чей дымоход уходил сквозь потолок наверх.
По центру комнаты находился небольшой резной столик с некоторым количеством фруктов в вазе и кувшином с водой.
Вокруг него стояли мягкие кресла для гостей, обшитые кожей.
Пол из тёсаной доски, на стенах – светильники из уже привычных мне камней-артефактов.
– Я бы попросил вас обождать в этом помещении какое-то время, – выдохнул старик. – К превеликому прискорбию, мы не ожидали прибытия гостей, потому не сможем оказать сегодня достойного приёма. Прошу не гневаться.
В ответ мне оставалось лишь пожать плечами.
– Сам виноват, что припёрся. Моя задача – присмотреть за Алиной. А почивать на приёмах будем в другой раз.
– Дозвольте же откланяться, – Иннокентий отбил поклон. – За вами зайдут позже.
И убыл восвояси, безмолвно намекнув, что я тут, как бы, лишний.
Ну, ничего.
Я не гордый.
Не за почестями ехал.
Подожду.
Главное, что разноглазка живой добралась.
А у меня, кажется, возникла возможность познакомиться с её домашними.
Московская губерния
Имение Бериславских
Из приятных занятий, оставленных мне на откуп, было вытягивание ног и употребление вкусностей.
Надо же отпраздновать, что никто не протянул ноги?
Поэтому никто не возбранил мне, когда я рухнул в мягкое кожаное кресло и от души выпрямил лапки, закованные в берцы.
Разве что, колени благодарно хрустнули на весь гостевой зал, да где-то в голеностопе протяжно заныло.
Пока, выдохнув, сидел и отдыхал, осмотрелся в помещении, где меня оставил местный дворецкий-мажордом Иннокентий.
Выглядит-то помещение дорого-богато, но на деле демонстрирует наличие в имении Бериславских некоторых внутренних проблем.
Пыли на горизонтальных поверхностях нигде не видно.
Уборку производили ревностно.
Но, вот, к примеру, фрукты в вазе лежат не первой свежести.
Камин не просто холодный, а вымыт дочиста от золы и рядом даже дров не лежит: признак, что им не пользовались давно и в ближайшее время не собираются.
Занавески на высоченных окнах до потолка тяжёлые настолько, что лишний раз их снимать для стирки не стали: вот на них пыли скопилось преизрядное количество.
Да и, если так присмотреться за приоткрытые занавески, стёкла тоже все в пыли и грязи.
Ещё не настолько, чтобы обозвать имение Богом забытой дырой и с презрением покинуть стены, но, когда у хозяев не доходят руки помыть окна – как правило, это вернейший признак какой-то тяжёлой болезни в доме, с которой даже тряпку поднять тяжело.
А в банальную лень я поверить не желаю.
Алина не производит впечатление вышедшей из семьи, где поголовно ленятся все.
Значит, в доме какая-то беда.
И, кажется, я даже догадываюсь, какая именно.
