Тут, опять же, не какая-то неприязнь работает, а банальная логика и здравый смысл. Хвостатая прокажённая покрыта шерстяным покровом чуть менее, чем полностью и везде. Повар-человек во время готовки закрывает свой волосяной покров хоть чем-нибудь, чтоб исключить возможность попадания волоса в пищу. А чем прикажете замотать полностью шерстистую соратницу? Бинтами, как мумию? Неохота потом из зубов вытаскивать её шерстинки. Кератин — не самое вкусное для человека. Выпадение шерсти и волос ни люди, ни звери контролировать не могут. Ещё раз, не поймите неправильно: Лане я готов доверить абсолютно любую работу, и абсолютно без малейшего отвращения приму пищу, сготовленную даже её руками. Но раз в наличии есть бойцы, лишённые озвученного выше свойства, то в первую очередь готовить будут они.
Алина кивнула в знак согласия. Едва ли она может слышать мои мысли, но их ход уловила.
— Солидарна с тобою.
Капеллан, высвободившись от своих задач, подошла к нам.
— Имею предложение оповестить Великого Архимага Путей Берислава о наших достижениях, — сообщила Распутина. — Раз нам доступна роскошь вроде наведённой связи, советую ею воспользоваться.
— А есть смысл? — подала голос Ветрана. — Мы только-только за порог дома вышли. Ещё суток не прошло с момента. Почто им наше оповещение?
— Смысл есть.
Действительно, сию минуту мы не передадим в Базу никакой другой оперативной информации, кроме научно-естествознательной. Слишком мало времени прошло. Ещё не успело ничего произойти. Но для любого подразделения в отрыве важно иметь связь с тылом, чтоб бойцы понимали: про них не забывают, их ждут, и они важны. Если не считать морально-психологическую сторону вопроса, то ещё есть и стратегическая: на основе докладов группы в отрыве Штаб может синхронизировать действия отдельных подразделений или своевременно изготовить пополнение (уже неважно, в каком виде: людьми, провиантом, боеприпасами, медициной или ещё какими инженерными средствами). Зная, как у нас идут дела, Москва и Первоуральск могут планировать свои действия, исходя из текущих раскладов у нас.
— Сколь велики затраты на организацию связи? — спросил я.
— Не чрезмерны, — заверила Алина. — А мы, к тому же, обосновались в месте Силы.
Посчитав ответ Бериславской равнозначным отданной команде, Ева стукнула своим боевым посохом об скалистые полы пещеры, чем высекла из места удара хрестоматийный сноп искр. Надо будет на досуге, всё же, докопаться до сути, что это такое… явно нетепловое явление и не электрическое…
Вмонтированный в навершие посоха камень-артефакт слегка затеплился изнутри, будто бы в мутный стеклянный шарик посветили диодным фонариком.
— Войсковой капеллан епархии Московского гарнизона обер-лейтенант Распутина, — громко и чётко назвалась она. — Взываю к слышащим. Ответствуйте.
Ответ пришёл настолько скоро, будто нашего выхода «в эфир» ждали преднамеренно.
— Внемлю тебе, младая дева, — будто бы из динамика, от посоха Евы послышался вообще ничем не искажённый и очень хорошо слышимый голос Великого Архимага Путей Берислава. — Глаголь, ежели воззвала.
— Имеем сообщить известия, — произнесла девушка.
И жестом указала мне на посох, явно предлагая изречь донесения, как старшему по должности среди присутствующих.
— Долгое лето тебе, старче, — поздоровался я голосом. — Это «Мастер». Посчитали, что небезынтересно будет узнать: четыре сотни вёрст мы оставили за плечами. Нынче встали на ночлег, укрывшись в сенях пещеры. Изготавливаемся к трапезе и опочиванию.
— Добрые известия, гридь, — довольно проронил Берислав. — Воистину, услада слуху. За ваше здравия и благоденствия все приходы моления свершают, да рабочий люд денно и нощно стремится поспеть с изготовлениями.
Удобная, оказывается, эта штука, артефактная связь. Причём, судя по всем приметам, дуплексная: двухсторонняя. Нет необходимости ждать, покуда один абонент завершит передачу, чтоб начать свою. Выгодное отличие от привычной мне классической рации. С таким оснащением можно наладить управление войсками любого уровня и удаления. Лишь бы не «заРЭБили» связь какой-нибудь анти-магией.
— Полагаю, Александр Александрович, начало пути благое? — «в эфире» послышался голос светлейшего князя Бериславского. — Смею ожидать, что стараниями твоими ни пораненных, ни убиенных не имеете.
— Правильно смеешь, Свят, — улыбнулся я, пусть моей мимики и не мог видеть собеседник. — Все девушки в здравии, чувствуют себя уставшими, но нападений удалось избежать.
— Все живы-здоровы, батюшка, — заверила отца Алина. — Передай светлейшему князю Морозову, чтоб не тревожился за княжну Ветрану со сближницами.
— Никто и не тревожится, дорогая Алина Святогоровна, — даже через артефактную связь все услышали улыбку в голосе матери Веты, Олеси. — Мы все знаем, сколь надёжны руки мужа, взявшие её.
— А стоило бы.
Эта безмерная вера местных в моё всемогущество когда-нибудь нам всем больно аукнется. Я, в конце концов, обычный человек, наёмник, но никак не Господь Бог Саваоф. А по эту сторону Грани меня чуть ли не в один ряд со святыми ставят, и притом при жизни.
