Со вздохом натянул на морду лица очки дополненной реальности и вернулся к управлению беспилотником. До следующей опорной точки, где, по расчётам, мы должны приземлиться, исчерпав запас энергии в аккумуляторе, лететь ещё километров пятнадцать. Если ветер не изменится, конечно…
С востока поднималось местное светило, озаряя нам дорогу через весь материк. Позади оставалась верста за верстой. Небольшой ветерок над чистой от реликтовой растительности местностью почти не мешал мне возмущать винтами атмосферу параллельного мира. Но глаз, привыкший с высоты птичьего полёта наблюдать поверхность земли с непривычного для человека ракурса, нет-нет, да и пытался по привычке вычленить что-нибудь знакомое. Тепловые сигнатуры техники, видимые даже в тепловизор следы от прохождения танковых траков, плохо замаскированную дымовую трубу блиндажа, в оптическом диапазоне — характерные шрамы на земле, свидетельствующие об инженерной активности окапывающегося противника. Что поделать? Профдеформация. Наверное, она и помогла мне сориентироваться заранее, и не растеряться, увидев месиво.
А ничем иначе, кроме как этим термином, я не смог поименовать сшибку, которую нам, в лучших традициях трагического жанра, показала дальнейшая разведка.
«Птичка» оставляла позади себя километр за километром. Благодаря хорошей погоде и неплохой оптике, впереди видно всё на многие километры. При переключении на тепловизор дальность прорисовки падала, но незначительно. Приемлемо, чтоб идти на максимальной скорости, параллельно всматриваясь в сигнатуры.
И вот, значится, борт, развив свои конструкционные полсотни километров в час, не ощущая сильного встречного ветра, проплывает на стометровом эшелоне, и водит камерой туда-сюда, одновременно записывая в свою память всё, что видит: пригодится потом, когда люди Протопопова и Александровского будут прокладывать тут постоянные маршруты сообщения.
В один прекрасный момент времени, на пределе эффективной дальности обнаружения, оптическая камера беспилотника зафиксировала недурственных размахов пылевое облако, взметнувшееся с земли. Ни разу не похожее на фугасный подрыв. Это не миномётный снаряд, не гаубичный выстрел, не залп реактивной системы залпового огня. Безо всяких видимых причин с грунта поднялся вихревой поток, оповестивший всех зрячих в округе, что квадрат оживлён неким движем.
Вслед за ним взметнулись ещё несколько, между ними промелькнули засветки, похожие на вспышки света. Но никак не на пороховые взрывы. Это не работал огнестрел, не взрывалась бризантная взрывчатка. Очень было похоже на какие-то побочные спецэффекты от применения Силы.
Довернул камеру в сторону, откуда виднелась движуха. Переключился на тепловой спектр. Ну… такое себе, если честно.
Два силуэта, внешне похожих на гоминидов, с двумя руками и двумя ногами, без неучтённых для биологического вида человека конечностей, оказались зажаты спина к спине в окружении стаи четвероногих супостатов. Те, конечно, собаки шершавые: что по внешнему виду, что по размеру. Но их сильно больше. И действуют они в строгом соответствии с тактикой, грамотно окружая двоих людей. Держат между собой интервал, дистанцию. А главный у них — вон тот вожак, что стоит обособленно, метрах в тридцати. Не вмешивается в загон, но, очевидно, направляет своих шавок.
А загон это и был. Два человека отбивались, как могли. Чередуя щиты и ударные заклятья, обрушивали на стаю всё, что могли сотворить. А могли не очень-то и много. Шавок больше, порядка трёх десятков, и, в отличии от человеков, им нет нужды тратить время на формирование конструктов заклятья. Звери, действуя непривычно слаженно и организованно (за земными тварями такого никогда не замечал), засылали по людям волна за волной с непостижимой для обороняющихся скоростью. Кажется, это и было то самое, хрестоматийное, применение Силы без обличения оной во что бы то ни было. Чисто применение чистой магии. И, что не могло радовать, кольцо загона сужалось. Людей зажимали физически.
Последние держались на удивление стойко. Из всего того, что мне рассказывали об айнах (в том, что увиденные твари — они и есть, уже не оставалось никаких сомнений), аномальные звери могли разорвать человека одной только безмолвной атакой. Тут же стая была вынуждена прибегнуть к полноценной тактике окружения и изматывания обескровливанием. Такое не применяют против равного себе по силе или менее сильного противника. Так загоняют сильных.
Думали мы недолго.
— Общая команда, всем на борт! — приказал я. — Окна самоходки открыть! Команды на открытие огня не ждать, работать из техники на ходу, выбор целей свободный!
О том, что картинку с камеры дрона видим только мы с Бериславской, можно не напоминать. Но времени на объяснения тратить не стал. Посчитал, что прикрывающее меня отделение обременено достаточным интеллектом, чтобы понять оперативную ситуацию на поле боя без моих целеуказаний.
