Мастер сахарного дела полностью

Нас приятно обдает теплым полуденным ветром, и мне хочется снять с шеи красный платок, с которым я расстаюсь лишь ночью. Руки мои дрожат от усталости, но я все же развязываю узелок и тяну за край, и платок падает мне на колени. Поднимаю голову, подставляя ветру проступивший в складках кожи пот. Эстебан ошеломле. Он хочет что-то сказать, но сдерживается. Чувствую, как он пристально разглядывает мою шею, изборожденную белесыми шрамами, – лоскут кожи, сшитый руками замечательного доктора, сделавшего все возможное для лежавшего перед ним куска мяса. Эстебан задумчиво опускает голову, воссоздавая образ последнего персонажа этой истории.

О пустой, ждущей своего часа могиле в усыпальнице я расскажу ему в другой раз.

Прошу кучера ускорить ход. Он подстегивает лошадь. Развожу руки в стороны, и веки мои опускаются. Меня наполняет аромат мелассы, в голове раздается рев паровых машин. Где-то из глубины памяти тонкой нитью тянется бряцанье железных когтей; они впиваются, и раздирают, и жгут огнем. Вдруг между мной и болью возникает пара голубых глаз.

Это моя нинья Мар пришла меня спасти.

И я снова счастлива, как в первый раз.

Утром 25 января 1898-го, на третьем году последней войны за независимость Кубы, североамериканский броненосный крейсер «Мэн» вошел в бухту Гаваны, защищая интересы США на Кубе. Через три недели мощный корабль взлетел на воздух. Вследствие взрыва погибли более двухсот пятидесяти человек, среди которых находились офицеры и матросы. Североамериканские власти и общественное мнение обвинили в подрыве крейсера Испанию, которой через месяц США объявили войну. Старая, усталая, изнуренная империя столкнулась с молодой страной с огромными ресурсами, которой суждено было возглавить будущее международной политики. Поражение Испании было решено в коротком морском бою в бухте Сантьяго-де-Куба. Испании пришлось передать Соединенным Штатам свои последние заморские владения: Кубу, Пуэрто-Рико, Филиппины и остров Гуам. Если описывать все то, что произошло с этими территориями во время североамериканской оккупации, то заметка вышла бы слишком длинной, поэтому я призываю читателей самостоятельно поискать существующую по данному вопросу обширную библиографию.

Испания направила на Кубу самый крупный военный контингент, некогда пересекший Атлантический океан, вплоть до Второй мировой войны. Из двухсот тысяч испанских солдат погибли около шестидесяти тысяч, и девяносто процентов из них – из-за болезней, подхваченных на острове.

Во взрыве «Мэна» подозревали – и до сих пор подозревают – диверсию, однако последовавшие за тем расследования, а также испанские и североамериканские военно-морские комиссии предположили, что взрыв крейсера мог произойти в результате случайной аварии. С тех пор правительство Соединенных Штатов больше ни разу не обвинило в этом событии Испанию.

Долорес Алеу Риера, Барселона, была первой женщиной-врачом в Испании. Она поступила на медицинский факультет в 1874 году и ходила в университет в сопровождении конвоя, чтобы в нее не бросали камни. Сдать экзамен на получение степени бакалавра ей позволили лишь через несколько лет после окончания учебы. Несмотря ни на что, врачебной деятельностью она занималась на протяжении двадцати пяти лет.

Лаура Мартинес-де-Карвахаль, дочь проживавших на Кубе испанцев, была первой женщиной, получившей 15 июля 1889 года степень бакалавра в области медицины и хирургии на Кубе. Почти тридцать лет спустя, в 1916 году, Анастасия Крус Ангуло Вердеси стала первой на Кубе чернокожей женщиной-врачом. Во время учебы она также работала журналистом в местных и общенациональных изданиях. В своих статьях она выступала против расизма и в защиту этнического единства и социальной справедливости.

Хочу поблагодарить своего временного соседа Хосе Вегу Мартинеса – любителя марок и книг, снабдившего меня всеми экземплярами о Кубе, которые он сумел собрать на протяжении многих лет. Некоторые из них – настоящие сокровища.

Спасибо моему любимому библиотекарю Ане Марии Фернандес Сандэ – за чтение рукописи и за энтузиазм, схожий с моим. А также за каждую крупицу нужной мне информации. Ты мой Розеттский камень, и я очень тобой дорожу.

Спасибо моему коллеге-писателю Мануэлю Наварро, прочитавшему роман и, насколько это возможно, очистившему его от несовершенств.

Снова должна поблагодарить Фернандо Гарсию Эчегойена, мореплавателя и эксперта по кораблекрушениям, сделавшего мои океанические походы более правдоподобными.

Выражаю огромную благодарность моей подруге, акушерке Оливии Сантьяго Мориане, которая помогла мне описать кесарево сечение Фелисии.

Спасибо Элене Хоррето за наглядные фотографии сахарных заводов, которые она сделала несколько лет назад на Кубе.

Спасибо моим родителям за весь этот энтузиазм, за веселый нрав, за игры в «Монополию», за спонтанные путешествия и за желание снова и снова возвращаться домой.