Одрик разворачивается в сторону дома, но его задерживает Арнори.
— О, друг госпожи! Позволено ли мне задать один вопрос?
— Если один, то спрашивай.
— А как бы людская мать ласково называла маленького Фаствинда?
— У — уф! — измученно вздыхает Одрик, — наверно она называла бы его Винди, что означает просто "ветерок".
И счастливая мать спешит восвояси, а переполненный впечатлениями Одрик плетется в резиденцию. Все довольны, кроме нас. Да уж, тяжела ты, шапка Мономаха.
Завтра можно спокойно ехать на прогулку и оставить Одрика тут. После сегодняшнего происшествия его тут точно не обидят, и скучно ему, я так думаю, не будет.
Сижу в понравившемся мне кресле, листаю дневники незабвенного дядюшки и машинально кручу в руках железную штучку. Все пытаюсь понять для чего она? Один ее край заточен и похож на кусок ножа, другой словно обрезан, но обрезан неровно. И эта неровность нарочитая. Я держу в руках кусочек от ЧЕГО — ТО, как тут написано в письме? "Часть универсального ключа"… А инструкция по сборке в Ерте, а Одрику бы этот "ключик" очень даже пригодился, если он, конечно, тот о ком я думаю. Одна с ним проблема — бриллианты гранят годами, а будут ли у него эти годы? Надо сделать все, чтобы они у него были, ему бы упрямства поменьше… Хотя, и на одном упрямстве можно многое сделать…
Утром, следующего дня, отправляюсь на объезд своих владений. Одрик меня провожать не вышел, он выглянул за порог, увидел толпу и спрятался, вчерашних приключений ему хватило.
У порога лежит ящер с седлом на спине, рядом переминаются с ноги на ногу еще двое. Одного я уже узнаю и в зверином облике, это Юллит, а второй какой-то блеклый, словно седой. Смею предположить, что это старейшина. Для проверки обращаюсь к нему:
— Уважаемый Каннор Ланк, — оборачивается, угадала. — А кто понесет мои вещи?
Свистит, как птица и выразительно показывает лапой на Юллита. Протягиваю тому сумку — рюкзак со своими вещами.
Когда я ранним утром бегала по комнате и собирала вещи в дорогу, мой женишок сидел в кресле и лениво комментировал мою суету. Ему было интересно зачем мне, если я еду всего на пару дней, с собой столько вещей? Ну, как ему объяснить? Любая женщина, если она куда-то едет, хоть на один день, хоть на неделю, непременно должна взять с собой множество мелких, но совершенно необходимых мелочей. Начиная с расчески с зеркальцем и заканчивая сменой белья. Потому как стоит, что-нибудь оставить, как оно непременно понадобится. А еще тетрадки дядюшки! Все! Поскольку оставлять их здесь я не буду. Они, конечно, жгутся, но юноша у меня предприимчивый, времени у него много и любопытства тоже много. Нечего ему чужие дневники читать. Вот и получился почти целый мешок.
Юллит сцапал мои вещи и передними лапами прижал их к пузу, спина у него занята, там припасы в дорогу, села в седло. Ну, поехали!
Первым, не торопясь, бежит старейшина, ящер, на котором я сижу — за ним, Юллит в арьергарде.
Мара решила путешествовать со мной, но не ногами, а по воздуху. Она уже улетела вперед в виде мелкого болотного гваррича. Пол утра, пока я вещи собирала, она брюзжала, что ногами она за оборотнями не угонится, придется лететь, а летать она не любит, ногами привычнее, а наверху сквозняки, но что только не сделаешь за ради любимой хозяйки, нельзя же ее оставлять одну, вместе с этими огромными и хищными зверюгами.
Вчера я долго и внимательно изучала карту Топей. С тех пор как она была нарисована дядюшкой, многое изменилось. Оборотни понастроили дамб, засыпали некоторые протоки, но общее направление, куда бегут мои поденные, мне понятно.
Первый пункт назначения — это источник. До него более дня пути, так что весь день придется провести в седле. Привал предусматривается, я об этом договорилась заранее. Не знаю как другим, а мне днем надо хоть раз "до ветру", да сбегать, и перекусить, и размять ноги, тоже не помешает.
Ночевали в маленьком селении. Как я и предполагала, все дома оборотней похожи на мою "резиденцию". Она только немножко побольше будет — комнат две. А в остальном, как я и предполагала, то же самое: земляной пол, камышовые циновки, камышовая же крыша, холодная печка — буржуйка, отсутствие стекол, только ставни и отсутствие мебели. Спят на матрасах, как в гостевой комнате, на котором Одрик спит, с кучей подушек и одеял. Одеяла хорошие, шерстяные, купленные на выручку от шелка.
Печи летом в домах не топят, и так тепло, а готовят и зимой и летом на очагах на улице, на три — четыре дома один очаг. Рядом под навесом длинный стол с лавками, совсем как летом на даче…
Пока едим, я все рассматриваю оружие, висящее на поясе Юллита. Оружие под стать оборотню — грубое и большое. Длинный немного загнутый бронзовый меч, деревянная палица, обитая медью с шипами впечатляющих размеров и два длинных железных кинжала. За день, проведенный в дороге, я устала, но мне, чтобы заснуть, нужно немного размяться, подвигаться. Сестры просятся танцевать, они засиделись без дела, и интересно было бы посмотреть, что можно ожидать от моих подданных в человеческой ипостаси.
