— Юллит, а ты не мог бы составить мне компанию в небольшом спарринге, а то у меня от целого дня, проведенного в седле, все тело стало деревянным, и очень хочется размяться.
— Госпожа, я не против, но я боюсь вас покалечить.
— А вот это ты зря, я на себя защиту поставлю. Так что задеть ты меня, может быть, сможешь, а вот покалечить не получится.
Он удивлено и немного жалобно смотрит на старейшину, спрашивая разрешения. Тот ему кивает, подтверждая разрешение.
Юллит вздыхает и молча идет на утоптанную площадку посреди селения. Я тоже встаю и иду туда же. Если кто в этом селении уже ушел спать или был в доме, то сейчас все столпились вокруг и смотрят во все глаза.
— Госпожа вы все же аккуратнее, Юллит у нас лучший боец в человеческом облике. — Пытается предупредить меня старейшина. Мара молча устанавливает на меня хорошую защиту, если в оружии оборотня нет магии, то я в самом худшем случае отделаюсь синяками.
Скидываю на руки старейшины кожаную жилетку и перевязь, сестер пока кладу на землю. Перед спаррингом легкая разминка. Юллит смотрит на меня удивленно, он себя подобным не заморачивает, и пока я занимаюсь растяжками и делаю комплекс упражнений для разогрева мышц и разминки суставов, он вовсю красуется перед девушками и показывает, как он умеет обращаться со своим оружием. Две девушки, что есть в селении в полном восторге.
Разминка закончилась, можно приступать. Беру сестер в руки. Я теперь третья, мы теперь ТРИ сестры, мы теперь ОДНО ЦЕЛОЕ. Единение… привычный восторг единения. Мы одно целое. Больше нет меня, нет мечей мы — едины, есть только мы и противник, с которым можно потанцевать. Мы любим танцевать.
— Начали.
Одну долгую минуту ходим вокруг друг друга, примериваемся. Мы наблюдаем за непередаваемо — гибкой и хищной пластикой движений оборотня, а он наблюдает за мной, боится начать первым, это он зря. Оборотень быстр, очень — очень быстр, а еще он тяжел, намного тяжелее орка с которым я тренировалась в Караваче. У Юллита — человека очень высокий рост и длинные руки, а если прибавить длину меча и палицы, то … если бы это был настоящий бой, то дело закончилось бы броском младшей сестры в шею, чтоб наверняка. А сейчас мы будем танцевать… и будем работать снизу, больше-то никак.
Делаю вид, что атакую, Юллит покупается на мои обманные движения и мне удается перекатом оказаться у него за спиной, но ударить я уже не успеваю, он очень быстр. Единственное мое преимущество — он совершенно не имеет никакого понятия о фехтовальных приемах, но замещает это незнание огромной силой и скоростью. Сестры заставляют мое тело ускориться, я не оборотень я так долго не выдержу. Несколько обманных приемов и хитрых связок, палица оборотню только мешает, и сестры легкими царапинами фиксируют нанесенные Юллиту раны. Подрезано сухожилие на правой ноге и сухожилие на левой руке. Сестры плетут обманное кружево, я почти распласталась по земле в низкой стойке и на оборотне прибавляется еще пара царапин, подрублено колено и задета паховая артерия.
Старейшина стучит в большой медный поднос, оповещая об окончании поединка. Юллит в недоумении, он еще бодр и полон сил, а царапины он и не заметил. Но их заметил Каннор Ланк, бой прекращен. Большинство оборотней, как и Юллит не понимают, почему старейшина признал победительницей меня, да, Юллит в меня ни разу не попал, но ведь и он еще на ногах. Они не понимают, что такое показ места поражения царапиной, у них если ты на ногах, то можешь драться, и поединок не закончен. Я иду умываться к ближайшей воде, а Каннор Ланк долго объясняет оборотням, что было бы, если бы это были не царапины, а настоящие раны.
Когда я вернулась к столу, все мужское население, да и женское тоже смотрит на меня с уважением. А Юллит благодарит меня, что я ограничилась только царапинами.
— Ничего, страшного Юллит, просто вы не привыкли к таким тренировкам.
— Да нет, мы еще и не так тренируемся…
Морщусь, и делаю себе на память зарубку, что надо бы найти для моих подданных пару хороших учителей по фехтованию и рукопашному бою. Опытный и достаточно быстрый фехтовальщик может их переиграть, а два порубят в капусту, мы это только что доказали. Старейшина садится рядом со мной.
— Как же мне было трудно объяснить этим упрямцам, что бой был выигран вами подчистую, а не из уважения к госпоже…
— И как же вы им это объяснили?
— Показал…
— Юллит вроде жив.
— А чего ему сделается…. Я все это показал на илларе, его все равно должны были завтра зарезать.
— И как вы это сделали? — Я о таком никогда не слышала, мне любопытно.
— Привязал илларя к дереву, но так чтоб на задних ногах стоял, а потом нанес ему раны с тех местах, где вы зафиксировали царапинами удары.
— И что?
— А, вот его свежуют. Юллит, правда все хорохорится, что боялся, дескать, бить в полную силу, но поперек дохлого илларя не попрешь.
Мне на это сказать нечего… Наглядное пособие приказало долго жить.
— Каннор Ланк, а где-нибудь в топях не сохранилось ли доспехов для ящеров?
— Каких доспехов?
