Иное ничего не сказало. Оно благосклонно улыбнулось, кивнуло, и покинуло парня. Взгляд его погас, Юра покачнулся, обхватил голову и упал на колени.
Мастера расклинило, он на коленках прошлепал к парню и подхватил.
— Ваня, — удивился он, когда в глазах прояснилось. — Что, происходит?
— У меня аналогичный вопрос, — оправившись от шока, ответил мастер. — Какого хрена? Вы сдурели тут совсем? Всемирный потоп устроить решили?
— Это мы? — удивился парень, осознав, что бушует буря. — Последнее, что помню, я просил дождя. — Он, взглянул на женщин, лежащих в потоках воды. — Они живы?
Женщины были живы. Первыми пришли в себя лесавки. От избытка энергии они светились будто лампочки. А вот очнувшиеся следом ведьмы, долго приходили в себя, а после попятились от парня, словно от огня.
Полынь помогла подняться мужчинам, а Крапивка бросилась к бараку и стала сбивать замки.
Одна из ведьм была крайне испугана и спряталась за спину второй, которая по виду была, не столько испугана, сколько потрясена.
— Что… Что это было? — ошеломленно глядя на парня спросила она. — Мы просто хотели тебя подзарядить за счет окружающей энергии. А вместо этого…
С пальцев ведьмы сорвались электрические разряды и едва не достали мужчин. Но ведьма сама этого испугалась и поспешила спрятать руку под плащ.
— Я заряжена, — округлив глаза бормотала она, — и перезаряжена через край. Я раньше вообще этого не умела! — воскликнула она. — Что ты сделал?
— Я не пойму, ты рада или огорчена? — весело хмыкнул Юра, жмурясь от бьющего в лицо дождя.
— Я не знаю, — растерянно ответила она.
Зелье закончило свое действие, и Ивана накрыл отходняк. Теперь он почувствовал, как хорошо к спине приложилась та головешка. Там прибавился нехилый ушиб. Кряхтящий от боли мастер удивлялся, как только позвоночник не перебило. Но сейчас ему снова становилось хорошо.
Он словно король восседал в мягком диване, а по обе стороны к нему прильнули и лечили Полынь и Крапивка. Иван и вовсе прибалдел бы, да вот неумолкающий гам в доме, куда набилась толпа народа, начинал давить, на без того больную голову.
Юра решил повременить с освобождением стихийных. А их было побольше, чем людей. Получив свободу, эти бестии могли наломать дров. А так, они почти наравне выясняли отношения с людьми.
Были среди них не только лесавки, но и лешачки и слабые лешие, водяные, русалки и злобно зыркающие на всех мавки. Русалки и мавки вообще считались нежитью. Высшей степенью перерожденных, когда наоборот не тело, а дух переходил в иную степень, становясь новой сущностью. И были они куда опаснее полтергейстов, поскольку теперь получали силу напрямую от стихий.
— Тихо, — пытался докричаться парень до галдящей толпы. — Да послушайте же…
— Юра, — крикнул Иван.
Парень повернул к нему лицо, на котором была смесь злобы и отчаянья. Последующие слова наставника он не разобрал вообще и протолкнулся сквозь толпу к нему.
— Блесни, — повторил с ухмылкой мастер, показывая на грудь. — Покажи им знаки. Пусть замолкнут. Голова уже лопается.
Лесавки согласно закивали.
Юра скривил лицо. Не нравилось ему как себя ведут стихийные, когда видят подарок лесавки. Но Иван был прав. Надо. Иначе этот галдеж ни к чему хорошему не приведет.
— Действительно, — поддержала мастера Вера, колдунья, что благодаря Юре получила новые силы, и теперь всюду хвостиком ходила вслед за ним. — Еще немного, и драка начнется. Не поздоровится всем.
Юра вздохнул, вернулся обратно, встал перед столпившимися стихийными, и расстегнул ворот.
На это не сразу обратили внимание. А когда обратили, то стали склонять головы и опускаться на колени.
Люди глядя на поведение стихийных замолчали, не понимая, что происходит. В огромной комнате повисла тишина. Даже стоящая в стороне Настя, удивленно приоткрыла рот и во все глаза смотрела на его руны.
— Ой как хорошо, — блаженно вздохнул Иван.
— И так, — произнес в воцарившейся тишине парень. — Ведьмы служившие, как там их, а, «праведным», как с ними быть?
Снова поднялся галдеж со стороны людей. Среди прочего было, и повесить, и на кол.
— Тихо, — стал перекрикивать толпу Юра, — Дайте сказать!
Его не слушали. Спор снова превратился в многоголосную перепалку. Юра стал злиться, от него плеснуло силой. Тут же затрещали разряды тока, срывающиеся с кончиков пальцев Веры, вставшей за его спиной.
Люди почувствовали угрозу, и притихли. Слишком резко от этого странного парня плескало энергией.
— Народ, — с ленцой позвал расслабившийся мастер. Народ повернулся к нему. — Они вас похищали? Они пытали вас? Издевались над вами? — указал он на столпившихся хмурых женщин. — Ну?
— Нет, — сказала одна из пленниц. — Но они были с ними заодно. Они заклятья накладывали. Вот браслеты, это ведь их работа.
— Вот именно, были. Браслеты, заклятья. Теперь они такие же жертвы, как и вы. Видели сколько их трупов лежало? Их тоже не пожалели. И этих бы убили тоже. Кто из них реально вам причинил зло? — Несколько человек вяло промычало нечто неразборчивое. — Вот, — подметил Иван. — Потому мы их просто отпускаем.
