Было похоже, что именно рыцарь Ордена является хозяином кабинета, по крайней мере поведение мытаря говорило от том, что он готов выполнить любой каприз своего дорогого гостя.
И, я так думаю, готовность эта базировалась на знании того, что этот самый каприз будет щедро и незамедлительно оплачен из орденской казны. Коррупция, однако.
Не спрашивая разрешения, брат Росперт опустил свой тощий зад в кресло, полностью проигнорировав сиротский стульчик для посетителей, что стоял непосредственно перед столом чиновника.
Кресло, хоть и стояло дальше от стола, но было не в пример удобнее.
— Чем я могу быть для вас полезен, господин Росперт? — сладким голосом поинтересовался господин Эбурох Гляйне.
— Да, вы можете быть полезны Ордену, друг мой, — брат Росперт был совершенно уверен, что сидящий перед ним чиновник наплюёт на всё, ради того, чтобы оказать ещё одну услугу Ордену Паладинов, — для вас же не будет новостью то, что сейчас развивается конфликт между Орденом и бароном Эйнионом Киу.
— Да, — чиновник скроил многозначительную мину на своей лоснящейся физиономии, — и я в этом конфликте целиком и полностью на стороне Ордена. Этот наш барон, по слухам, собирается затевать какие-то реформы, и, тем самым, он неминуемо нарушит отлаженный механизм государственного управления, что приведёт к падению доходов представителей всех сословий.
— Совершенно верно, — подтвердил рыцарь, — мало того, первым шагом он планирует проведение масштабной ревизии за последние два года.
— Это возмутительно! — пропыхтел мытарь, и его, без того беспокойные глазки забегали ещё интенсивнее.
— Так вот, я думаю, что вас обрадует известие о том, — брат Росперт откинулся на спинку кресла и забросил ногу на ногу, приняв раскованную позу, — что Прецептория приняла решение о том, что барон будет объявлен самозванцем, и над доминионом будет установлен протекторат, а после смерти баронессы баронство войдёт в состав теократии наряду с королевством Кэим.
— Конечно, я всецело приветствую такое дальновидное и мудрое решение Прецептории, — заверил мытарь отца Росперта в своей полной лояльности.
— Нам потребуется небольшая услуга с вашей стороны, — проникновенно продолжил паладин, — дело в том, что узурпатор не хочет добровольно уступить власть Святой Церкви, и даже заплатил каким-то наёмникам, что бы они воспрепятствовали торжеству справедливости.
— Это неслыханная дерзость! — чинуша вовсю демонстрировал своё возмущения действиями работодателя, — как можно идти против Святой Церкви?
— Рад, что вы правильно понимаете ситуацию, — ухмыльнулся паладин, — так вот, в день, когда к вам подойдёт незнакомый человек, и скажет слова: «Над городом безоблачное небо», вам будет необходимо открыть калитку Мытных ворот ровно в четыре пополудни. Ведь ваше ведомство полностью контролирует этот вход в город?
— Да, на охране ворот стоят доблестные стражи Мытной гвардии, — чиновник аж раздулся от осознания собственной значимости, — которые подчиняются напрямую мне!
— Иного я от вас и не ждал, — улыбнулся паладин и, как по волшебству на синем сукне, которым была обита столешница, появилась аккуратная стопочка из десяти больших золотых монет по сто даллеров каждая, — это вам компенсация за беспокойство.
— Премного благодарен, — маслянисто улыбнулся господин Эбурох Гляйне, и стопочка золотых монет исчезла со стола, так же, как и появилась, словно по волшебству.
— Ну что ж, я рад, что мы с вами, как всегда, легко находим общий язык, — довольно улыбнулся брат Росперт, поднимаясь из кресла, — не смею более отвлекать вас от дел, дражайший Эбурох.
— Удачи вам в ваших благородных начинаниях, — расплылся в улыбке мытарь, — я всегда вам рад, брат Росперт, заходите почаще.
Оказавшись на улице, брат Росперт не стал тратить время зря, а весьма целеустремлённо двинулся по направлению к городскому рынку.
Я перемотал запись на пятнадцать минут вперёд, до того момента, как паладин останавливается у ящика, за которым сидел уличный чистильщик обуви.
Над сапогом рыцаря склонился жуликоватого вида человечек неопределённого возраста и с профессиональной сноровкой наводил блеск на изрядно запылённую обувь брата Росперта.
— Душновато сегодня, хотя, говорят, завтра будет сильный ветер, — невпопад пробормотал рыцарь.
— На всё воля богов, — удивлённо откликнулся чистильщик обуви.
— Мне срочно нужен мастер Нулли, у нас незавершённое дело.
— Мастер Нулли скоропостижно скончался, — рыцарь печально хмыкнул, поскольку понял, что те тридцать пять тысяч даллеров можно считать утерянными безвозвратно. И от подробнейшего отчёта перед братом келарем его может спасти только полный успех задуманного переворота. Победителей, как известно, не судят.
— Тогда мне нужен кто-нибудь, кто может принять серьёзный заказ.
— Господин может подойти сюда завтра в это же время?
— У меня очень срочное дело, и очень хорошо оплачиваемое, — брат Росперт наклонился почти вплотную к уху чистильщика, — иначе я пойду к шнырям. Время не терпит.
— От кого ты? — крякнул чистильщик, продолжая орудовать бархоткой.
— Орден.
