— Эм... н-е-ет, — опасливо протянул он, представляя, в какую степь может зайти этот разговор с нескончаемыми вопросами: сколько, с кем, когда, где и почему. Он был знаком с этим столь излюбленным девушками типом расспросов с пристрастиями. Каждая его временная слизеринская подружка пыталась привязать его к себе на веки вечные, задавая ему эти вопросы. Драко не хотелось говорить Гермионе о том сколько, с кем, когда, где и почему. Ведь все, что у него было до нее, даже в сравнение не шло с тем, что было у него сейчас с Гермионой.
— Расслабься, я не стану расспрашивать тебя о твоих прошлых похождениях, — словно бы прочитав его мысли, успокоила его Гермиона. — А то у тебя сейчас такое лицо, словно МакГонагалл сказала тебе, что ты завалил все Ж.А.Б.А.
— Для тебя заваленные Ж.А.Б.А. это настоящая катастрофа, не так ли? — растягивая губы в колкой усмешке, спросил он. Он смотрел на нее и только на нее. Его серые глаза буквально заглядывали ей в душу. Такой откровенный взгляд должен быть запрещен законом. Хотя о чем это она? Каким ещё законом? Законы Малфою не писаны.
— Раньше — да. Это даже было моим боггартом. Но после того, что было на войне, это уже не кажется мне катастрофой. — Гермиона была смущена, рассказывая столь личные вещи. Откровения с Драко Малфоем были для нее чем-то из ряда экзотики. Вообще все, что она делала с ним, — одна сплошная экзотика. Начиная от членства в мафии и заканчивая полученным сексуальным опытом.
— Серьезно? — Он едва сдерживался, чтобы не рассмеяться. — Твоим боггартом была Макгонагалл, говорящая, что ты завалила все экзамены?
Она буравила его взглядом, говорящим: «Только посмей посмеяться, вдарю, мало не покажется».
— Да ты определенно вывела синдром отличницы на новый уровень, Ангел, — посмеиваясь, сказал он.
— Ох, заткнись! Нет у меня никакого синдрома отличницы! — Гермиона пихнула его кулаком в живот, столкнувшись с его железным прессом. — У самого-то, небось, боггартом был отец, говорящий, что ты на самом деле грязнокровка.
— Не смеши, Грейнджер. Это невозможно, хотя бы потому, что я похож на своих родителей, как две капли воды.
— Выходит, три капли воды, — поправила Гермиона.
Драко поначалу не понял ее, но, когда до него дошло, что она имела в виду, его рот украсила белозубая улыбка, и он рассмеялся. Его смех был приятным, хрипловатым и таким заразительным, что Гермиона невольно тоже рассмеялась.
— Ну и чего вы смеётесь? — послышался недовольный голос Дафны.
Драко и Гермиона за разговором с друг другом совершенно потерялись в реальности. Перестав хохотать, они уставились на Дафну глазами, полными безмятежности, словно она спустила их с небес на землю.
— Плакать надо, а не смеяться!
— Ты это о чем, Даф? — Гермиона вопросительно выгнула бровь. Дафна как обычно была королевой драмы.
— Да, в чем дело? — так же недоумевал Драко.
— Мы плывем в Париж!
— И что же здесь плохого? Я люблю Париж, — настала очередь Драко играть бровями. Он раньше любил бывать в Париже на каникулах с семьей.
— Париж-то я тоже люблю, — Дафна раздраженно надула губы и, бросив на Тео взгляд, полный презрения, выплюнула: — В отличие от компании таких имбецилов, как Нотт! Поверить не могу, что нам придется с ним работать!
— Что же ты тогда столько лет терпела мою компанию, не брезговав притом в полной мере получать от нее наслаждение, Гринграсс? — Его лицо исказила едкая насмешка.
От двусмысленного намека Нотта пришла в ярость уже не только Дафна, но и Блейз. Между этими тремя завязалось напряженное выяснение отношений, и Гермионе с Драко оставалось надеяться, что они не поубивают друг друга за время их путешествия на яхте по Средиземному морю.
Комментарий к Глава 15. Монако. Часть
III
. «НИКОМУ НЕ ДЁРГАТЬСЯ! ЭТО ОГРАБЛЕНИЕ!»
====== Глава 16. Средиземное море. Часть I. «Когда девушка доводит меня до оргазма, я привык отплачивать ей тем же.» ======
Едва солнце скрылось за горизонтом, а Дафна и Блейз закончили разборки с Тео, в главной каюте через камин состоялся разговор с Джонни Диллинджером. Гермиона присела на одно из двух кресел у камина. У нее за спиной, облокотившись о изголовье кресла, пристроился Драко.
Выяснилось, что дядя Блейза действительно настаивает на помощи Нотта:
— Пара лишних рук никогда не помешает. Я хочу быть уверен, что у моего племянника и его друзей будет страховка. И Нотт — лучший из возможных кандидатов на эту роль, любите вы его или нет. Вам стоит забыть о личной неприязни и работать сообща, как одна команда.
Гермиона была полностью с этим согласна. Особенно после того, что случилось с Драко сегодня, она была рада любой помощи. Дафна же, сидя на подлокотнике второго кресла, на котором устроился Блейз, слушала слова Джонни с крайним скептицизмом. Никто не знал Нотта так, как знала Дафна. И она могла с точностью сказать, что его помощь ещё выйдет им боком.
Блейз утешительно погладил ее по спине.
