Сейчас перед ним была совершенно обнаженная и возбужденная Гермиона Грейнджер. Она смотрела на него своими большими глазами цвета топленого шоколада и сводила его с ума. Ему потребовалось большая выдержка, чтобы не наплевать на все свои планы и просто не трахнуть ее по-жесткому.
— Какого черта?!
— Раздвинь ноги, — приказным тоном велит он, затуманенным взглядом осматривая ее.
Она упрямо свела брови и не спешила выполнять его приказы. Какого черта он швыряет ее на кровать? Просит раздвинуть перед ним ноги, когда они едва встречаются. Гермиона позволяла ему слишком много. Но, черт побери, почему же ей это так нравилось?
Драко навис над ней. На нем все ещё был его костюм, тогда как на ней не было абсолютно ничего. Его серые стальные глаза пожирали ее взглядом.
— Ну же, Ангел... Я хочу кое-что сделать для тебя.
Встав на колени, он за лодыжки притянул ее на край кровати и стал протискивать голову между ее бедер. Гермиона занервничала и упорно не впускала его.
— Нет, перестань...
— Да брось, неужели Уизли ни разу не делал этого для тебя? — Драко поднял голову, встретив ее неуверенный взгляд. И тогда в его голове что-то щелкнуло. — Ты... ты девственница, Грейнджер?
Она едва заметно кивнула. На секунду он был потрясен, но потом на его красивом лице расцвела улыбка, и он любовно произнес:
— Ты не представляешь, как меня это радует... А теперь раздвинь ноги, Ангел.
Драко Малфой знал, что следует сказать, как и где прикоснуться, чтобы она раздвинула перед ним свои очаровательные ножки.
Он трогал ее, томным голосом нашептывая непристойности:
— Я хочу, чтобы ты кончила... — протиснув руку между ее ног, он ласково проводит кончиками пальцев по ее припухшим складкам. — Хочу видеть твоё лицо в этот момент... — накрыв клитор подушечкой большого пальца, медленно поглаживает, слегка надавливая. — ...Хочу попробовать тебя на вкус.
Она текла. И когда его прохладные пальцы вновь скользнули внутрь, Гермиона со стоном развела перед ним бедра. Драко не удержался от восхищенного вздоха и судорожно задышал. Он беззастенчиво рассматривал ее, приоткрыв губы. Она была красивой: нежные розовые губки расходись от набухшего от его ласк клитора. Он пару раз толкнулся в нее пальцами и вышел. По его кисти стекала маленькая струйка ее выделений.
Гермиона чувствовала на себе его взгляд, и это ещё сильнее возбуждало ее. Он соблазнил ее. Его пошлые словечки действовали на нее как афродизиак. И она не на шутку завелась. Жажда развязки буквально съедала ее. Гермиона шире развела ноги, желая вновь ощутить его прикосновения на себе. Глаза Драко заблестели от этого зрелища. Его губы дрогнули в похотливой ухмылке. Обхватив ее бедра руками, он зарылся лицом между ее ног, жадно вдыхая ее чувственный аромат.
Она пахла как мечта.
Смотря ей прямо в глаза своим бесстыжим взглядом, он провел языком по ее половым губам. Гермиона откинула голову на матрас. Каюту заполнил ее мелодичный стон.
Эта женщина понятия не имела, насколько она сейчас прекрасна.
Его горячий язык дарил истинное блаженство. Белокурая макушка скрылась меж ее бедер, и он пронзил ее влагалище своим языком. Ритмично задвигав им взад-вперед, он ущипнул ее за клитор. И Гермиона закричала, приподнимая бедра ему навстречу.
Такая влажная...
Идеально устроившись в колыбели ее горячих бедер, которые были словно созданы специально для него, Драко лизал ее, будто кот, добравшийся до сметаны. Она выгибалась и стонала под его сладостной пыткой. Он гортанно застонал, погружая в нее свой язык вновь и вновь. Он так увлекся, что стал причмокивать. Те невероятно красивые звуки, что она издавала, просто сносили ему крышу. Он готов был слушать их вечно.
— Я не могу больше, Драко! — Гермиона захныкала, нетерпеливо запуская руку в его шелковые пряди, запутавшись в них пальцами и оттягивая за кончики.
Драко зарычал.
— Блядь, скажи это ещё раз! — Он поднял голову. Его платиновые волосы торчали в разные стороны. От возбуждения его тонкие черты лица заострились. До чего же он красив...
— Я не могу больше...
— Нет, мое имя, Грейнджер. Кричи мое имя! — потребовал он, накрыв низ ее живота своей крупной ладонью, тем самым удерживая Гермиону на месте. Драко погрузил в нее сразу два пальца и, принявшись трахать ее ими, присосался ртом к ее изнывающему бугорку.
— О боже, Драко! — Она заметалась головой из стороны в сторону, сжимая в кулаках простынь и до хруста выгибаясь в спине.
— Ты охренеть какая вкусная, Грейнджер... — обдавая своим горячим дыханием ее промежность, он нащупал на верхней стенке влагалища точку «g» и принялся массировать ее кончиками пальцев, неустанно посасывая подрагивающий клитор.
И это просто свело ее с ума. Он был слишком, слишком хорош. Он доводил ее до грани своими покусываниями, полизываниями и своими до невозможного сексуальными вздохами.
— Давай, Ангел...— прохрипел Драко, не переставая ласкать ее. — Кончи для меня.
