— Некто, кого Чарли и Карен Ваносса знают довольно хорошо, — туманно ответил я. — Я просто подумал, а вдруг по какому-то совпадению…
— Почему бы тебе не пойти и не спросить у них? — окрысилась Нина. — Я уверена, они с удовольствием тебе это расскажут, если знают!
— Я никак не могу связаться ни с кем из них, — пробормотал я. — Каждый раз, когда звоню им домой, попадаю на эту мулицу-служанку, и она говорит…
— …их нет в городе и, вероятно, не будет две недели, месяц или что-нибудь такое? — Нина победно улыбнулась. — Карен рассказала нам в тот вечер, когда мы обедали у них. Они записали голос служанки, и каждый раз, когда они не хотят, чтобы их беспокоили, они просто подключают телефон к этой записи. А я-то думала, частные детективы более сообразительны!
Зазвонил телефон. Я прошел в гостиную и снял трубку.
— Мистер Бойд? — Голос был любезный и несколько извиняющийся. — Это Чарли Ваносса. Вы меня помните?
— Вы незабываемый тип! — ответил я сквозь зубы. — Большую часть времени провожу, вспоминая вас, Чарли! У меня это стало наваждением!
— В самом деле? Ужасно мило с вашей стороны, мистер Бойд. — Он говорил на полном серьезе. — Вы не могли бы сделать одолжение? Я знаю, что многого прошу, а вы страшно занятой человек, но не могли бы вы уделить мне сегодня утром несколько минут? Заскочить ко мне домой, и чем скорее, тем лучше?
— Я буду там через тридцать минут, — пообещал я. — Вам лучше отключить эту служанку от телефона, чтобы она могла открыть дверь.
— Берту? — Он вежливо засмеялся. — Ее здесь больше нет, мистер Бойд. Мне пришлось ее уволить, по-моему, в тот же день, когда вы были у нас в последний раз, — она выпивала примерно по бутылке в день моего лучшего испанского хереса! Через тридцать минут меня вполне устроит. Очень вам благодарен, честное слово. — И он повесил трубку.
Когда я вернулся в кухню, Нина деловито намазывала новый тост, и у нее был такой вид, как будто она собиралась есть весь день.
— Мне придется выйти, — сказал я ей. — Постараюсь несколько улучшить свой имидж частного сыщика. Если кончится еда, в гастрономе за углом у меня кредит.
— Не хами, — пробормотала она с набитым ртом. — Сам же виноват, измучил меня! Скажи мне, — она проглотила кусочек, и теперь речь у нее была четкой, — отношения Норт — Бойд на этом заканчиваются? Не хочешь ли ты остроумно со мной попрощаться? Или я тебя еще увижу? Скажем, ты вернешься домой, а я все еще здесь?
— Было бы здорово найти тебя здесь, когда я вернусь, — честно признался я.
Она оглядела себя и осторожно вздохнула.
— Придется прихватить у тебя немножко одежды, это чертово платье так испорчено.
— До встречи, пышечка!
И я быстренько убрался, прежде чем она схватила кофейник.
Минут двадцать спустя я снова оказался на Шестьдесят седьмой улице. Чарли Ваносса, наверное, заменил прислугу дворецким, потому что дверь мне открыл мужчина. Правда, одет он был явно не по форме: он был чуть ниже среднего роста, и худенькое тело легковеса еще больше подчеркивал севший итальянский костюм из какого-то бледно-синего переливчатого шелка. Галстук держала на месте жемчужная булавка, а в потрепанных французских манжетах, выглядывавших из-под рукавов, торчали причудливые огромные запонки — настоящие сапфиры в слоновой кости.
— Да? — выдохнул он, захлопав длинными ресницами, а его ясные, как у фавна, карие глаза ярко горели.
— Вы случайно не дружок Нины Норт? — буркнул я.
— О-о?! — Он восторженно хихикнул, деликатно наманикюренная рука убрала чересчур длинные курчавые черные волосы на место. — Славная Нина, она такая простая, вы не находите?
— Она еще и страшно сексуальная, — подбросил я. — Или вы этого не заметили?
Он скорчил гримасу.
— Она очень земная, я согласен. Эти молочные железы, право же, явно гротескны, но это ведь не ее вина, бедняжки.
— Моя фамилия Бойд, — сказал я. — Мистер Ваносса ждет меня.
— Да-да, разумеется! — Он жеманно ухмыльнулся. — Чарли ждет вас в гостиной. Входите, будьте добры, мистер Бойд. Кстати, я — Родни Мартин. — Он протянул свою хлипкую руку, которая, когда ее пожал, показалась мне куском влажного желатина. — Входите.
Он радостно повел меня в гостиную, идя на носках подпрыгивающей походкой. Чарли Ваносса, подобно орлу, распростерся в одном из обитых кожей кресел, в руке он держал стакан. У окна, лицом к нам, стоял еще один парень. Лет сорока, решил я. Плотно сбитый, сплошные мышцы, по-настоящему элегантный костюм, без всяких там переливчатых синих тонов. Коротко постриженные седеющие волосы, глаза серые, под цвет волос, зоркий взгляд. Лицо настороженное, умное и, возможно, опасное.
Приветствуя меня, Чарли Ваносса полумахнул усталой ручкой.
— Так мило, что вы не заставили себя ждать, мистер Бойд. — Вялое запястье качнулось, указывая на здоровяка. — Познакомьтесь, пожалуйста, с Доном Лечнером, одним из лучших моих друзей! Родни тоже один из лучших, но с ним вы уже познакомились у двери.
Лечнер коротко кивнул и бросил усталым голосом:
— Привет.
