Николас вздохнул. Эдварду еще столькому надо научиться! Иногда казалось, что до приезда в Дивейд он никогда не занимался этим видом магии, или сложную науку волшебства ему преподавал человек, сам не умеющий колдовать и не понимающий элементарных принципов великого искусства. Иначе зачем постоянно ходить безумными обходными путями, как с наложением заклинания на ткань? Притом способности у Эдварда были фантастические и схватывал он все с неимоверной скоростью - ему банально не хватало знаний.
- То, что ты предлагаешь, это как дойти из Адальбертхолла до Солихолла через Конглобар, - терпеливо объяснил Николас. - Тебе нужна будет ткань - лишний элемент в заклинании. Затем тебе понадобится вплетать в нее волшебство для укрепления, чтобы ее не подожгли и не порвали, таким образом с легкостью избавившись от печати. А после этого ты еще должен будешь наложить дополнительную печать, чтобы ткань никак нельзя было снять с ларя. Столько сложностей! Ты потратишь несколько часов и выдохнешься, а результат будет сомнительным. Лучше использовать формулу Майерса. Я ведь тебе говорил о ней: создание для сосуда покрова из эфира, который не пропускает через себя другие вещества и одновременно служит печатью, не позволяющей добраться до материала сосуда.
- Угум, - промычал Эдвард.
Явор казался впечатленным. Раз так, пора было начинать.
Убедившись, что ларь заперт, Николас зашептал слова заклятия. Крышку мгновенно оплели тонкие голубые нити, доступные исключительно волшебному зрению. Это был первый, самый слабый уровень защиты. Теперь пришла очередь второго - формулы Майерса.
Неблагодарные потомки говорили про этого ученого, что половину своих изобретений он позаимствовал у оборотней и фей, и Николас с охотой этому верил. Иначе зачем использовать в заклинаниях наречие Чужих королевств? Живи Николас лет на сто пятьдесят пораньше, во времена Майерса, то обязательно нашел бы его и заставил перевести все на нормальный тенакский. Слова выходили из глотки тяжело, с сипением, язык заплетался. Вкупе с усилиями, которые Николас тратил на скручивание из воздуха нитей и связывание из них полотна, это привело к тому, что уже через пять минут по его вискам потекли капли пота. Потом противно затряслись ноги, привыкшие не стоять, а покоиться под столом на бархатной подставке. Медленно текшие за созданием печати минуты превратились в вечность. О времени Николас старался не думать, сосредоточившись на движениях пальцев. В подобные моменты он завидовал энергии молодых магов, которые могли без особого напряжения создавать в день по несколько печатей высокой сложности. Будь он сам чуть-чуть помоложе... Эта эфирная ткань, черт ее побери... Не выскальзывала так из негнущихся пальцев, когда он крепит на нее печать!
Крякнув, обессиленный Николас свалился на стул, который ему благоразумно подставил Эдвард.
- С вами все хорошо? - осведомился он, пристально изучая лицо нанимателя.
- Хорошо?.. - Николас нащупал в кармане носовой платок и неверной рукой промокнул вспотевшее лицо. - Чудесно! Посмотри, какой получился шедевр!
- Да, мистер Катэн, - неэмоционально ответил помощник.
Что он понимал! Шкатулка буквально искрилась волшебством. Первую печать, с синим отливом, видели только Николас и Эдвард, но изумительность второй была доступна каждому. Ларец окружало мягкое сияние с фиолетовым отблеском - красивое и в то же время функциональное. Николас протянул к нему руку, желая коснуться собственного творения, однако она предательски дрогнула.
- А который час?.. - спохватился Николас.
Единственные часы в комнате - гигантское сооружение с увесистым маятником - остановились, наверное, еще сто лет назад.
- Вы работали целый час, мастер, - с уважением произнес Брендон, сверившись с карманными часами.
Час - ровно столько, сколько и нужно для отменной печати высшего класса. Николас выдохнул и растер ноющие ноги. Когда он увлекался волшебством, то переставал обращать внимание на течение времени, и только сейчас заметил, что обстановка в кабинете немного изменилась.
- Зато, мистер Явор, вы можете быть уверены в том, что ларец никто не вскроет, - довольно произнес Николас. - Я бы многое отдал за то, чтобы поглядеть на вашего мастера печатей в Фелтиррене, когда он будет снимать мои печати.
- Смею надеяться, что вы правы, - сдержанно кивнул хозяин и еле слышно добавил: - И что наш мастер справится с вашей печатью. Тем не менее, - уже громче продолжил он, - благодарю за труд, мистер Катэн. С вами было приятно работать.
Пожимая ему руку, Николас подумал, что работать действительно было приятно - так же, как потом будет приятно получить оплату за применение сложнейшей формулы Майерса.
Глава 5
Был самый обычный четверговый полдень. На улице яростно сек каплями ливень. На подоконнике столовой сгрудились голуби. В их громком досадливом ворковании слышались жалобы на мэра, который никак не может найти подходящего человека на должность дивейдского мастера погоды. Наглых птиц следовало бы прогнать, но Николас был занят куда более важным делом - обедом.
