Вздохнув, Николас направился к крыльцу Адальбертхолла. Ох уж эта молодежь - что Чарльз Монро, что Эдвард... Не исключено, что пресловутый Риан и правда всего лишь очередной пройдоха, который вдруг обнаружил, что спас богатую сироту и попытался использовать юную и неопытную баронессу в своих целях. Но видеть во всем заговор - это уже слишком.
Глава 10
В гостиной было сумрачно. Полдень за окном был темным из-за собирающихся туч, вдобавок длинные узкие окна были задвинуты занавесками. Эдвард мрачным изваянием замер у стылого камина, изучая резное панно и маленькие круглые портреты семьи Ольстен на каминной полке. Сидевший в кресле Николас сложил на груди руки и недовольно покачивал одной ногой, закинутой на другую. Сесилия заставляла гостей ждать больше пятнадцати минут, и за все время никто не удосужился ни объяснить, почему она задерживается, ни предложить чая. Уволенный слуга был прав: новому дворецкому определенно не хватало знания этикета - и просто ума.
Впрочем, следовало радоваться, что их вообще приняли. Николас точно не был уверен, почему это произошло - то ли потому, что они пришли третий раз подряд, то ли потому, что с привратником беседовал Эдвард, который после этого очень странно улыбался... Николас не знал, что тот сказал слуге, но результат был налицо - их впустили, объявив, что баронесса скоро соизволит спуститься.
Гостиную, где в прошлый раз они с дамами пили чай и устраивали "гадание", Николас узнал с трудом. Дело было не только в зашторенных окнах. Адальбертхолл внутри вообще мало походил на то здание, которое Николас видел две недели назад. Многие комнаты, растворенные настежь прежде, сейчас были заперты, а в нескольких открытых кто-то сдернул с мебели все полотняные покровы. Вазы стояли неаккуратно, кое-где на спинках стульев или диванах были забыты неуместные мелочи вроде шейных платков или ножниц. Заботливых рук миссис Явор, как и вообще заботы, здесь больше не чувствовалось. Хотя в прессе написали, что Сесилия не захотела уезжать в Фелтиррен и отказалась от продажи Адальбертхолла, все выглядело так, будто дом уже перекупили и владелец начал менять обстановку под свой вкус.
А через несколько минут Николасу и Эдварду представилась возможность составить мнение и о новых хозяевах особняка.
Сначала Николас подумал, что в гостиную идет только юная баронесса - в коридоре послышался стук крошечных каблучков. Но первым, мягко ступая по полу, в помещение вошел юноша лет двадцати с длинными смоляными волосами. Красный сюртук, обшитый черным кружевом, был широко распахнут, открывая кристально белую рубашку; высокие сапоги как будто только вчера стояли на витрине самого дорогого магазина Дивейда. Голубые глаза, ярко сверкавшие на привлекательном загорелом лице, довершали облик этого необычного молодого человека. Николас прекрасно понимал, почему газетчики не умолкая пишут о Риане Атэре - а это, без сомнения, был он. При взгляде на него виделся не скромный джентльмен родом из окрестностей Дивейда, а по меньшей мере граф.
Следом за ним в комнату впорхнула стройная женщина в платье тех же тонов, что у Риана Атэра. Она казалась старше него, но определить ее истинный возраст Николас затруднился. Лицо у нее было забелено, брови густо подведены черным, а губы - алым, скрывая истинные черты. Невзирая на слой пудры, дама выглядела обворожительно. Даже больше - она в прямом смысле слова производила сногсшибательное впечатление, а ее наряду, хотя он и не нарушал приличий, оставалось совсем немного до вульгарности. Боковым зрением Николас заметил, как замер Эдвард, завороженный вырезом ее корсета. Пусть там все и было целомудренно прикрыто кружевами, но, будь Николас помоложе, сердце екнуло бы и у него.
На фоне этой красивой пары бледная и осунувшаяся Сесилия терялась. Она держалась за спиной Риана и, с головы до ног закутанная в траурное одеяние, походила на его тень. Как и спутники, девочка держала голову высоко поднятой, но если у Риана и Лилии это выходило естественно, то в ее позе сквозила напряженность, словно кто-то сказал ей, что аристократы ни в коем случае не имеют права опускать подбородок.
- Добрый день, леди Ольстен, - встав, поздоровался Николас.
Она присела в книксене, сделав это поразительно неуклюже. Николас изумленно взглянул на нее. Когда они встречались две недели назад, манеры девочки были почти идеальными - гувернантки наверняка потратили на ее воспитание немало сил. В этот же раз она двигалась, как марионетка, которую дергал за ниточки неопытный кукловод.
- Позвольте представиться, меня зовут Риан Атэр, - у юноши был тихий, вкрадчивый тенор, подобающий тому образу аристократа, который он создавал. - А это моя сестра Лилия. Она помогает леди Ольстен справиться с горем.
Он указал на женщину рядом с собой. Та чарующе улыбнулась, изящно склонившись в книксене. Странно, что Риан назвал ее своей сестрой. Кроме цвета нарядов, у них не было никакого сходства.
