Взгляд помощника посветлел. Господи, ну наконец-то он стал понимать, к чему ведет Николас! Если бы Эдвард перестал грезить собственными расследованиями и начал уделять больше времени научным книгам о волшебстве, то догадался бы намного раньше.
Влияние на погоду было одним из сложнейших среди всех видов магии из-за своей масштабности. Можно выцедить из воздуха в сухой комнате каплю воды, но чтобы полить дождем город, нужны грозовые тучи, а чтобы собрать грозовые тучи, нужно либо призвать их откуда-то, либо преобразовать в них целое озеро воды. Даже до Коллапса мастерам погоды требовались предпосылки для ее изменения, а уж после него - и подавно. Не зря же в Дивейде никак не находился человек с достаточной силой, чтобы занять эту должность.
- Вы имеете в виду, что туман здесь нельзя призвать? - уточнил Эдвард.
- Теоретически можно, - поправил Николас, - но я не уверен в том, насколько легко это осуществить. Поблизости нет водоемов, а при ветре и солнце туман не задержался бы надолго. Дело было, конечно, утром, когда могла еще не высохнуть роса, но все равно маг должен обладать немалым талантом и потратить чрезвычайное количество силы, чтобы призвать туман сюда. Удобнее было бы напасть где-нибудь в другом месте, например чуть дальше по дороге, в низине. Почему они сделали это именно здесь? - развел руками он.
- Потому что здесь неподалеку есть еще несколько дорог, - ответил Эдвард.
- Каких? - удивился Николас.
Через Туманный лес шел всего один путь - старый, хорошо укрепленный Ливентский тракт. Естественно, существовало множество троп, проложенных крестьянами, и несколько проселочных дорог, которые и дорогами-то трудно было назвать. Во всяком случае, местные жители для поездки в Дивейд всегда старались выбраться на тракт.
- Вы слышали о Рирском аббатстве? - спросил помощник.
Николас наморщил лоб.
- Которое разрушили триста лет назад в Пятилетней войне с Чужими королевствами?
- Оно самое, - кивнул Эдвард.
Сегодня руины Рирского аббатства играли одну из главных ролей в дивейдских сказках о привидениях - и это все, что осталось от былой славы крупного монастыря, чьи виноградники снабжали вином всю округу. Во время Пятилетней войны в нем размещались тенакские войска, и в Рире развернулось одно из самых жестоких сражений всей кампании. Объединенную армию двух Чужих королевств - крыс и волков - удалось отбросить только ценой полного уничтожения аббатства и гибели многих монахов и солдат.
- Не понимаю, - сказал Николас. - Я не интересовался этой историей, но насколько мне известно, дороги, ведшие в аббатство, были так сильно повреждены, что их решили не восстанавливать, а так как сам Рир был стерт с лица земли, то вся местность оказалась заброшена. Если эти дороги и существуют до сих пор, то за триста лет наверняка стали непроходимыми.
- Не уверен, - возразил Эдвард. - Туманный лес - вотчина разбойничьих шаек. Им выгодно поддерживать дороги в таком состоянии, чтобы по ним можно было проехать.
- Ну, чтобы это утверждать, нужно сначала их проверить. Но мы же не будем бродить по лесу наугад, тем более когда нас ждет экипаж. У тебя ведь нет карты, где были бы указаны старые дороги? - с ехидством спросил Николас.
- Нет, карту я найти не смог. Но у меня такое чувство, что мы могли бы спросить путь вот у тех господ.
Последние слова Эдвард произнес очень тихо. Он настороженно наклонил голову, словно ждал чего-то плохого. Николас растерянно обернулся. Каких еще господ?
С противоположной стороны леса на тракт вышли четверо мужчин. У Николаса екнуло внутри от дурного предчувствия. Никто из них не был похож на добродушного грибника или заплутавшего путешественника. Все они носили одежду городской бедноты: немаркие штаны, расстегнутые жилетки и рубашки с закатанными рукавами, а макушку одного из них венчал порванный цилиндр, дырой в котором его обладатель как будто бы гордился. Чуть поодаль шел еще один - мужчина похожей внешности, но с франтовской бабочкой на шее. Кажется, он был здесь главным.
- Николас Катэн и Эдвард Эркан? - грубо спросил он.
- Да, а с кем мы имеем честь разговаривать? - ответил Николас.
Бандит - можно было не сомневаться, что это именно разбойники, которых так некстати помянул Эдвард, - махнул рукой спутникам, как будто разрешая им что-то.
- По-тихому и реще давайте, пока на дороге никого. Тела потом в сторону оттащим.
Не вполне осознавая, о чем говорит этот человек, Николас невольно отступил назад. Тела? Какие еще тела? И что значит "пока на дороге никого"?
Появившееся в их руках оружие не оставило сомнений в намерениях чужаков. Один из незнакомцев наклонился и подобрал с земли увесистый сук, который можно было использовать как дубинку. Следом за ним обнажили оружие и другие трое: двое вытащили ножи, последний надел на пальцы кастет. Сердце Николаса застучало так, что стало больно в груди.
- Кто вы? - испуганно выкрикнул он. - Кто вас послал?
