– Что вы орете? Чего вы орете?! Вы же мешаете, черт возьми, работать! Ведь мы же тут заняты серьезным делом. Мы сейчас делаем гениального певца! Понимаете, мы делаем как раз тонкую мережку на его барабанных перепонках, а вы орете! Ну, что это такое, в самом деле! Он же потом будет врать на концертах до безобразия! Что вы делаете!
Немного высунувшись из окна и заметив хозяина, он с упреком старшего служащего, с которым серьезно считаются, пожаловался:
– Послушайте, я откажусь работать. Мы же вам тут делаем не ослов, а гениев, вы же требуете чистой работы, а покою нет! Не понимаю! Около самой поганой, паршивой больницы какой-нибудь, где болеет и умирает заурядная дряхлая человечина, стоят какие-то деревца, есть пустырек, садик какой-нибудь, парк, ну, словом, обеспечена хоть какая-нибудь тишина. А тут, где такая ответственная работа, каждая свинья может подойти и орать! Ну, чего вы орете? – обратился он к неизвестному. – Какое право вы имеете так стучать кулаками в ворота?
– Да! Да! – кричал сверху хозяин. – В самом деле, я тоже спрашиваю, почему он орет?
– Вы халтурщики! Вы мелкие жулики! – опять начал кричать писатель. Кому нужна такая ваша работа?! Закрыть вас надо! Разогнать вас надо! Один только вред от вашей работы! Вот я писатель. И вот я пишу, а сравнений у меня нет. Хочу написать «небо было, как…», а что написать после «как» не знаю. Все мои товарищи знают, что надо писать после слова «как», некоторые даже прославились. А я не знаю! Что же мне делать? Какой же я писатель без сравнений! Публика любит сравнения и требует их!
Делатель певцов, подняв один глаз к хозяину, сказал:
– Неужели это ваше изделие?.. Действительно, писатель без сравнений… ха-ха! Что же это – хлам? Кому нужен в искусстве хлам?
Латун, как все инициативные люди, не выносил упреков и чрезвычайно смущался. Но в данном случае он испытывал двойную досаду: не в том дело, что из Мастерской вышел хлам. Дело в том, что это являлось плохим примером. Теперь Батайль наделает черт знает каких певцов, и что ему скажешь? Да, уж раз сделали писателя, надо было не забыть вставить в него дар сравнений. Кто виноват в этом? Капелов? Нет, он как будто ни при чем.
И, желая показать, что он хозяин Мастерской, что он может заполнить любой пробел – и свой, и любого из своих служащих, – он крикнул:
– Говорите скорее, что вам надо. Я вам дам все нужные сравнения. Пожалуйста! К каким словам вам нужны сравнения?
Писатель достал клочок бумаги и стал читать:
«небо было, как…
лес был, как…
поезд подошел, как… ее улыбка была, как… ребенок плакал, как… она ревновала, как… вечерело, как…».
Хозяин молодцевато высунулся из окна, потер руки и уверенно, даже лихо, начал:
– «На политическом горизонте надвинулись свинцовые тучи»… Нет, это не то. Это для передовых статей. «Небо было, как голубой купол»… Подойдет? «Поезд, как красная змея, гремя колесами, подкатил к дебаркадеру станции»… Хорошо?
Писатель ответил:
– Как будто ничего, но мало. Мне на каждое слово нужны сравнения. Как можно без сравнений! Дайте мне еще несколько.
Делатель певцов опять высунул свое искривленное от негодования лицо:
– Вы еще здесь? Когда вы уйдете?
– Когда у меня будет достаточное количество сравнений.
Делатель певцов пожал плечами:
– Не понимаю. Отказываюсь понимать. Как можно давать сравнения вообще, независимо от тех или иных обстоятельств?
Он посмотрел на хозяина, который беспрерывно сыпал сверху: «Глаза, как васильки», «Зубы, как жемчужины», «Кожа на ее лице, как атлас», плюнул и продолжал:
– Послушайте, это же идиотизм. Хотите настоящего совета? Валяйте после слова «как» все, что придет в голову, и это будет самое лучшее. Не пишите «небо было, как синий купол». Это старо и безвкусно. Пишите: «небо было, как мороженое», «как воспоминание детства», «как комод», «как ведро с песком», или вот глаза. Почему глаза, как васильки? Какие тут, к черту, васильки?! Васильков уже давно нет. Пишите: «глаза были, как текстильный станок», «как радиоконцерт», «как невысказанная декларация», «как зоологический сад». Да, так и пишите: «Глаза были, как зоологический сад». Или еще – лицо. «Лицо было, как атлас». Фу, какая чепуха! Пишите: «лицо было, как политическая экономия'», «как велосипед», «как выставка по сельскому хозяйству». Что угодно пишите, главное – не бойтесь. Что там еще дальше? «Зубы, как жемчужины»? Хорошенькое сравненьице. Кто теперь так сравнивает? Пишите: «зубы были, как крестовый поход», «как Версальский мир», «как лыжная станция», «как пирамидон», «как скрижали», «как фарфоровый завод», как… Словом после слова «как» пишите, повторяю, что угодно, и если не всегда, то часто будет выходить хорошо. А сейчас уходите, пожалуйста, отсюда и не мешайте работать.
Хозяин надрывался сверху:
– «Глаза, как черешни», «Губы, как лепестки гвоздик», «Волосы, как шелк», «Стройная, как тополь»…
Писатель остановился, подумал, посмотрел с презрением на хозяина и закричал:
