В то же время с советской стороны были представлены принципиально новые предложения, отвечавшие задаче полной ликвидации и запрещения ядерного оружия. На Р. Рейгана эти предложения произвели столь сильное впечатление, что он, забыв о вашингтонских наставлениях-директивах, не только втянулся в переговоры на предложенной советской стороной основе, но увлекся настолько, что был согласен в течение 10-летнего срока ликвидировать все ядерные вооружения СССР и США.
Это поведение Р. Рейгана повергло вашингтонских «ястребов», да и едва ли не всю американскую администрацию в шок. Как пишет тогдашний государственный секретарь США Дж. Шульц, «в Белом доме и Пентагоне разразилась буря: "На что это согласился президент в Рейкьявике?"» Началась активная работа, с тем чтобы отыграть все назад. Идея ликвидации ядерного оружия была встречена в штыки. Дело кончилось тем, что в ходе дальнейших переговоров на экспертном уровне американцы фактически дезавуировали собственного президента.
Более того, опыт переговоров в Рейкьявике, где Р. Рейган зашел слишком далеко, глубоко запал в память американской администрации. Там опасались повторения чего-либо подобного. В связи с этим перед визитом М.С. Горбачева в Вашингтон в 1987 году американцы предприняли в Москве весьма необычный демарш. По поручению Вашингтона посол США провел в близком окружении М.С. Горбачева беседу, в которой сказал: хорошо бы не ставить Р. Рейгана в ходе бесед, особенно один на один, перед какими-либо сюрпризами, ибо это не способствовало бы ускорению нахождения тех или иных решений.
Американцев успокоили, дав ответ, что сюрпризов на переговорах в Вашингтоне не будет.
При всем этом СССР и США сумели в годы президентства р. Рейгана заключить Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности и вплотную приблизиться к заключению Договора о сокращении стратегических наступательных вооружений. Этому несомненно способствовало то, что Р. Рейган был человеком, которому не были чужды ни увлеченность, ни мечта.
Продолжая разговор о психологическом портрете Р. Рейгана, стоит отметить, что он был личностью с сильно развитой интуицией. Р. Рейган остро чувствовал настроения людей в непосредственном общении с ними. Программа его первого визита в Советский Союз в 1988 году предоставила ему широкие возможности для этого. Контакты в Москве в течение четырех дней произвели на него очень большое впечатление. Делясь своими оценками визита по свежим следам во время остановки в Лондоне на пути из Москвы в Вашингтон, он говорил: «Представьте себе президента США и генерального секретаря из Советского Союза, совершающих прогулку по Красной площади. Они беседуют насчет укрепляющейся личной дружбы, они встречаются с простыми гражданами и видят, как много общего у наших народов. Это был особый момент в той неделе особых событий». В глазах советских людей Рейган отчетливо разглядел «надежду на новую эру в истории человечества, на эру мира и свободы для всех». Вполне возможно, отметил американский президент, что мы вступаем в эпоху глубоких изменений в Советском Союзе. А вот как описал Р. Рейган свои впечатления от посещения Большого театра: «Мы вошли в этот знаменитый зал и были ошеломлены его красотой. Великолепие зала, выдержанного в красных и золотых тонах, элегантного и насыщенного Деталями, превосходили лишь грация и элегантность танцующих. Когда мы стояли с Горбачевым в правительственной ложе с советским флагом с одной стороны и американским — с другой и оркестр исполнял «Усеянное звездами знамя», я знал, что мир меняется. Слышать эту мелодию, которая олицетворяет все, за что наша страна выступает, столь волнующе исполняемую советским оркестром, было таким эмоциональным момент том, который невозможно описать».
И наконец, самое главное. Один из журналистов задал американскому президенту в Москве прямой вопрос, продолжает ли он рассматривать Советский Союз как «империю зла». Ответ его был — «нет». Этот ответ прозвучал из самого сердца Советского Союза, из Кремля.
Личностные особенности партнера с древних времен принимались во внимание при определении стиля отношений, в том числе в целях оказания психологического воздействия на него Уже упоминавшийся Сунь Цзы писал:
Такого рода рассуждения не обязательно воспринимать как наставление к применению. Но они могут быть полезными для оценки обстановки, при том, однако, понимании, что знание партнера должно прежде всего служить целям достижения договоренности с ним.
Вывод состоит в том, что замысел переговоров и решение о их начале должны опираться на всестороннюю оценку всех факторов, от которых зависит их результат.
