Окружающие по-прежнему пялились на меня, но я решила не обращать внимания.
Я никогда раньше не была в жилых покоях Кадуана, но знала, что они расположены в самой высокой башне замка, недалеко от моих собственных. Ступая босыми ногами по мраморной плитке коридоров, а затем по холодной меди лестниц, я поднималась все выше и выше. Ступени заворачивали по дуге вдоль череды витражных окон с коваными рамами. Добравшись до самого верха, я остановилась. Подо мной раскинулся Эла-Дар, – казалось, город вырос на покрытых лесом горах по воле самой природы.
Я вспомнила, как стояла на вершине черной скалы и разглядывала свой мир, простирающийся от горизонта до горизонта.
Кадуан сумел построить величественное королевство. Но за пятьсот лет я успела понять: нет ничего, что не поддавалось бы разрушению. Когда-то я находила утешение в неизбежности разрушения, а сейчас от одной этой мысли закружилась голова. Интересно, что чувствует Кадуан, стоя здесь? Гордость за свое творение? Или страх при мысли о том, что однажды ему придется наблюдать его гибель?
До меня долетел слабый отзвук знакомого голоса, и я прислушалась. Узкий коридор позади вел к приоткрытой двери.
Я подошла к ней и осторожно заглянула в щель. За дверью оказалась небольшая комната с расставленными посередине стульями и диванчиками. Вдоль стен тянулись книжные полки, увитые растениями. Кадуан сидел, откинувшись на спинку стула, в простой одежде, с растрепанными волосами. Как только я коснулась двери, его взгляд метнулся ко мне, и король выпрямился. Вспышка какого-то чувства осветила его лицо. Казалось, он… рад меня видеть. В голове мелькнула непрошеная мысль: я тоже рада, что зашла сюда.
– Эф, – произнес король. – Заходи.
Я повиновалась. Но стоило мне толкнуть дверь и оказаться в комнате, как я поняла, что Кадуан не один. Здесь также находились Луия, Меджка и Вифиан. Я не ответила на их приветствия, лишь Меджке слегка улыбнулась. Я остановила взгляд на разложенной на столе в центре комнаты карте, сплошь исчерканной красными пометками.
Внезапно живот свело ужасным предчувствием, и я замерла.
– Ты очень вовремя, – произнес Вифиан. – Мы как раз говорили о тебе.
От его слов воздух в комнате заметно похолодел. Кадуан бросил на главного казначея острый взгляд, наполненный непонятными эмоциями. Я не смогла прочесть выражение его лица, но и так поняла достаточно. Если обо мне говорили, рассматривая карты с красными отметками, это могло означать одно.
Пусть не делают из меня дуру.
– Что все это значит? – жестко произнесла я.
Король повернулся ко мне, и его взгляд смягчился.
– Ничего важного. Мы можем обсудить это позже.
От гнева у меня перехватило дыхание. Руки дрожали, челюсти крепко сжались – тело выдавало все, что я ощущаю. Тепло, совсем недавно растекавшееся в груди, сменила острая боль, словно между ребрами вонзили нож.
– Не лги мне, – прошипела я.
Остатки улыбки исчезли с лица Кадуана. Он повернулся к своим советникам:
– Уходите. Оставьте нас наедине.
Раздался протестующий ропот, но его прервал непреклонный приказ короля:
– Идите!
После некоторого колебания фейри неохотно вышли из комнаты. Я чувствовала, как они смотрят на меня – особенно любопытный, полный жалости взгляд Меджки, – но не сводила глаз с Кадуана.
Дверь закрылась. Усталость короля никак не повлияла на яркую зелень его глаз, и никогда еще я не жалела сильнее о своей неспособности прочесть то, что скрывается в их глубине.
– Ты слышала о Тисаане Витежиц и артефакте, которым она владеет, – начал Кадуан.
Это имя погрузило меня в неприятные воспоминания. Я молчала.
– Искатель позволяет обнаруживать и, возможно, даже использовать глубинные пласты магии, называемые леярами, – продолжил король. – Более глубокие и более могущественные, чем любая другая магия, известная в последние сотни лет. Долгое время я считал их мифом. Но слухи о них ходили веками. Люди, которые разрушили мой родной Дом Камня, считали, что там залегает один из подобных бассейнов магии. – Лицо короля окаменело, и на мгновение он замолчал, но потом заговорил вновь: – Даже один леяр может стать разрушительным. Но с помощью всех трех, если задействовать их одновременно, можно изменить саму реальность. Пользоваться ими крайне опасно, и это можно делать только в определенных местах, которые способны направить подобную силу. Но если люди решатся на такое и найдут нужное место, последствия будут сокрушительными. Нам всем грозит полное уничтожение.
Кадуан тяжело поднялся, будто простое движение требовало от него неимоверных усилий. Я отступила на шаг.
– Тебе лучше, чем кому-либо другому, известно, что может случиться, если люди заполучат подобную силу.
Он был прав. Я прекрасно знала, что люди сделают с необузданной разрушительной силой, потому что сама была такой силой и они проливали кровь своих сородичей моими руками.
Но все же я продолжала хранить молчание.
