Кошка развернула стоявшую на траве ногу, чтобы принять более устойчивое положение, и почувствовала под подошвой скользкий металл. Это чудеснейшим образом прояснило ее мысли. Фата Нарцисса говорила, что все вокруг – иллюзия. Значит, именно иллюзия швырнула ее саму оземь и, судя по звуку, нанесла серьезное увечье. Значит, вера фаты в то, что вокруг все иллюзорно, оказалась слабее воли огненного духа. Итак. Во что Кошка верит достаточно сильно? Что может превзойти эту волю?
Кошка верила в свою подготовку.
Электра небрежно взмахнула рукой – точно так же, как с фатой Нарциссой. И Кошка со всей силы ударила по ней бакаутовым посохом.
– Ой! – Девица в недоумении уставилась на свою руку. –
Уверенно и без лишней спешки Кошка отступила на два шага и встала в проходе. Повернула посох и заняла оборонительную позицию.
– Поздравляю, о благороднонерожденная. Ты только что впервые узнала кое-что о жизни. Обычно нам всем приходится для этого ждать рождения.
Склонив голову, девушка бросилась на Кошку.
Та шагнула вперед и вбок и ткнула Электре концом посоха в икру. Электра оступилась, и Кошка всем своим весом толкнула ее в грудь, так что противница отлетела к железной стене сбоку от врат чрева. Потом Кошка вернулась во врата, снова загородив их собой.
Одно долгое мгновение обе, и Кошка, и Электра, сопели, пытаясь восстановить дыхание. А потом огненный дух засмеялся, хлопнул в ладоши и…
Застучала по стенке локомотива лопата. Откуда-то издалека донесся Грималкин голос:
– Пора – не пора, выходи со двора! Новое тело доставили! Можете выпускать исчадие.
Кошка отступила в сторону, прислонила посох к стене и сказала с поклоном:
– Проходи, о благороднопочтирожденная.
Через врата чрева пронесся горячий порыв ветра, и девица пропала.
– Пора – не пора, выходи со двора! Можно выходить.
Фата Нарцисса лежала на земле без движения. Кошка склонилась над ней и провела беглый осмотр. Кожа у эльфийки посерела от шока, но вроде обошлось без большой кровопотери. Когда Кошка ощупывала ребра, фата застонала: как минимум одно сломано. Но позвоночник и череп с виду не повреждены.
– Не вздумай мне тут откинуться, сестричка, – пробормотала Кошка. – Я собираюсь одолжить ту твою любимую блузку, персиковую, из шелка, и заляпать ее шоколадным дайкири.
Она перекатила Нарциссу на бок и поднялась, кобольдским захватом перекидывая эльфийку через плечо.
Когда они проходили через врата рождения, Хелен сказала:
– Вот и побегали впереди паровоза.
– Мы живы, – отозвалась Кошка. – Хотелось бы думать, что это чего-то да стоит.
Снаружи воняло обгорелым металлом, жженым пластиком и смазкой, вытекшей из покореженных подшипников. А еще пахло необозримыми ржаными полями и чуть тоньше, соблазнительней – ночецветными плотоядными. Кошка инстинктивно задрала голову и увидела пятерых наездников, которые летели на своих нетопырях в боевом порядке, высоко подняв копья, в поисках добычи. Луна пять раз мигнула, и наездники скрылись в ночи.
Вокруг Олимпии копошились рабочие. Наконец-то прибыли ремонтные поезда. Они доставили не только новый локомотив, но и краны, бульдозеры и другие приспособления, с помощью которых можно было поправить Олимпию. Без особой спешки, матерясь почем зря, кобольды, хайнты и гномы начали поднимать поверженный локомотив.
Двое хайнтов опустили перед Кошкой носилки и помогли ей уложить туда Нарциссу.
– Отойди-ка и дай мне заняться делом. – Грималка отодвинула Кошку в сторону и встала на колени рядом с лежащим без сознания врачом-архимагом. Провела над телом руками, выделывая сложные пассы и шепотом бормоча заклинания. А потом велела одному из хайнтов: – Поставьте ей капельницу и дайте обезболивающего. Немедленно.
– С ней все будет в порядке? – спросила Кошка.
– Это не по моей части, – отозвалась карга и приказала второму хайнту: – Отнесите ее в вагон-лазарет. Там знают, что делать. – И снова повернулась к Кошке. – Хорошо потрудилась, мала́я. Благодарность тебе от железной дороги и прочее, и прочее, бла-бла-бла.
Кошка взяла за руку Эсме:
– Думаю, самое время нам двоим исчезнуть.
– Спятила, что ли? Готова поспорить, фата Нарцисса кое-что тебе пообещала. В том числе деньги, я права?
– Насколько я помню, обещания ее были туманны и сумасбродны.
– Ну да, для начала можешь потребовать у благодарного огненного духа пророчество. Насколько понимаю, еёшество у тебя в долгу.
Они дождались, когда локомотив поднимут и установят на рельсы. А потом, быстро посовещавшись с Грималкой, Олимпия приказала рабочим отойти подальше, чтобы они ничего не услышали. Рядом с ней остались только Кошка, Эсме и карга.
– Моя дочь пыталась тебя убить, прошу за это прощения, – сказала Олимпия. – Она юна и еще ничего не понимает. С возрастом приходит мудрость. С мудростью приходит понимание: как бы низок ни был прислужник, за службу нужно отплатить. Можешь задать три любых вопроса, и я опущусь до ответа на них.
Карга прошептала на ухо Кошке:
– Спрашивай с умом. В жизни редко кому выпадает такой шанс.
