Матабар III полностью

— Интересно? — вздернул бровь капитан. — Мне стоит начать переживать за сферу твоих интересов, напарник?

— Я не об этом, — Ардан достал записную книжку и, облизнув карандаш, сделал несколько записей. — Раньше ведь с ними поступали иначе.

— С кем?

— С языками, — пояснил Арди. — Помнишь, каждый раз, когда у нас появлялся шанс получить свидетеля — у них на теле взрывались печати.

Милар прищурился.

— Предположим.

— Вот, — кивнул Ардан и повернулся к окну, за которым уже стих дождь и умытая Метрополия провожала их сонливым взглядом зашторенных окон домов и пустующих витрин заведений. — Но такие печати, в теории, можно случайно обнаружить. А вот малефеций, наведенный на определенный орган, без нужного, весьма сложного Целительского заклинания, не найдешь.

— Что ты хочешь этим сказать, напарник?

Арди пожал плечами.

— Хотя, — задумался Милар, щелчком пальцев выкидывая окурок в окно. — Если так подумать, то из всех фигур, что смахнули с доски, ни одна не была достаточно публичной, так?

— В той или иной степени.

— Даже если в степени, — фыркнул капитан. — Иригов куда более видная личность. Да и частенько бывает… бывал на всякого рода мероприятиях. Но… что нам это дает, напарник?

Ардан снова пожал плечами. Они замолчали, а город за окнами постепенно просыпался. Зажигались огни, самые ранние работники выходили на улицу и сонно брели к трамваям. Автомобили выезжали на проезжую часть и, сверкая фарами, стремились, в основном, в сторону финансового центра в Новом-Городе.

В центральных районах мало тех, кто поднимается в начале пятого, чтобы встать за станок на заводе или фабрике. Но достаточно тех, кто открывает свои заведения, планируя меню или же, надев костюм, спешит к открытию биржи на последних этажах небоскреба Казначейства.

Тот поднимался над землей даже выше Большого.

— Милар?

— М? — опять промычал капитан.

— А что еще, кроме формы и питания, мне положено?

Капитан скривился, словно откусил дольку кислого лимона. Видимо до сих пор чувствовал себя немного виноватым из-за того, что не поделился важной информацией.

— Раз уж ты теперь официальный работник второй канцелярии, о чем, сам понимаешь, распространяться и бегать, на каждом углу рассказывать, не надо… Понимаешь ведь?

Ардан кивнул.

— Отлично… — Милар прокашлялся и свернул на улицу, ведущую к набережной канала Маркова. — Сильно зависит от выслуги лет и звания. Капрал и дознаватель третьего ранга это самое начало карьеры, напарник. Про налоги ты уже и сам знаешь. Кроме них — весьма неплохая медицинская страховка для тебя и ближайших родственников. Компенсация съема жилья. Там формула какая-то сложная, я не вникал в подробности, но мне капает порядка двух с половиной эксов. Оплачиваемый отпуск раз в год на восемь недель… и, слушай, Ард, честно — я так давно в этом всем варюсь, что уже не помню, как начинал. Ты лучше в отделе снабжения поинтересуйся, когда форму будешь себе заказывать. Там подробнее расскажут.

— Спасибо, — буркнул Ардан, стараясь не позволять себе считать количество упущенных эксов, которые он мог потратить… да на что угодно!

— Не серчай, — хлопнул его по плечу капитан. — Лучше это… бери свою не-интрижку и приходи к нам на ужин. У нас с женой на следующей неделе годовщина свадьбы. Пятнадцать лет уже, — Милар продемонстрировал кольцо на безымянном пальце. — Будут все свои. Урский с женой и спиногрызами, Эрнсон с невестой и Ровнева… кого-нибудь с собой прихватит. Вот, — Милар, не сводя взгляда с дороги, пошарил по карманам и протянул записку. — Адрес, день и время. Вы приходите. Будем рады.

Ардан чувствовал, что Милар говорил искренне, так что записку забрал и ответил:

— Приду.

— Вот и отлично, — явно немного расслабился капитан. — Заодно звание твое обмоем.

— Обмоем? — переспросил Ардан.

— Это значит — праздновать будем, — пояснил капитан.

Остаток пути они проделали в тишине. Милар остановился около « Брюса» и, высадив напарника, помчался обратно — домой или по своим делам, Арди не знал.

Тот, уставший и взмокший, местами продрогший, вошел в бар и, окинув уже привычно опустевший зал, поднялся по лестнице.

Около своих дверей он услышал встревоженный голос.

— Арди?

Он обернулся и увидел Тесс. Та стояла в легком, свободном платье, которое носила дома и сверкала недоделанным макияжем. Тесс всегда неброско красилась, когда работала у Окладовой, а не выступала на сцене.

Рыжие волосы, убранные под сеточку, а из квартиры тянуло ароматом наваристой, мясной каши. Кажется, из кабана. Из-за того, что в « Брюс» в данный момент никто не приходил, то Аркар разрешал брать продукты из морозильного шкафа на кухне — чтобы не пропали.

— Я…

— Замерз? — перебила девушка.

Ардан вздохнул и понурился.

— Если честно — ужасно, — признался он.

— Запасная одежда есть?

— Есть.

— Тогда бери её, полотенце и приходи ко мне, — произнесла Тесс тоном, не оставляющим пространства для спора. — Помоешься хотя бы. Завтракал?

— Нет.

— У меня каша почти готова. Будешь?

— Буду.

— Тогда жду.