Матабар III полностью

Юноша обернулся и увидел перед собой колоритную фигуру. Статный молодой человек в дорогущем костюме с запонками из драгоценных камней; с платиновой цепочкой, свисавшей из кармана жилетки. С тростью в руках, фетровой шляпой на голове и сложенным пополам пальто из шерсти Скальдавинских овец, покоившимся у него на локте.

Мужчина, лет двадцати двух, был красив — волевой подбородок, ясный взгляд серых глаз, вьющиеся, черные волосы и исходившее от него ощущение непоколебимой уверенности в своих силах.

А еще там, на улице, стоял автомобиль, который Арди узнал. Той же марки, что и транспорт герцогини Анорской, только более свежего выпуска. Рядом с ним покорно ждал немолодой шофер в белых перчатках и фуражки на военный манер.

Он пару раз останавливался около « Брюса» когда Тесс выступала. Но девушка ни разу не подходила к авто, хоть ей и приносили громадные, пышные букеты дорогих, Линтеларских, цветов.

— Господин Ли́ран, — холодно произнесла Тесс. — Я не помню, чтобы давала вам разрешение обращаться ко мне по имени.

Мужчина лишь фыркнул и посмотрел на Арда так, как, обычно, смотрят на навозного жука, случайно пробравшегося в твой дом. Взгляд серых глаз ненадолго задержался на нижней губе Ардана.

— Сгинь, нелюдь, — произнес он.

Ардан все так же не мог поверить в происходящее. А люди вокруг постепенно расходились, спеша покинуть неприятную для них сцену.

— А…

— Ты не умеешь даже говорить, зверь, так я…

— Ли́ран! — Тесс вскочила на ноги. Её изумрудные глаза метали искры, а между сдвинутыми в ярости бровями пролегла глубокая бороздка. — Что вы себе позволяете⁈

— Я позволяю? — возмутился опешивший мужчина. — Это что ты, Тесс, себе позволяешь⁈ Может мне стоит написать твоим род…

Тесс схватила со стола креманку и швырнула в лицо молодого мужчины. Тот ловко отбил ту тростью. Стекло, ударив о плитку на полу, разлетелось мелкими осколками, а мороженое растеклось лужами. Внутри одной из такой Арди увидел силуэт маленькой ласточки, парящей среди облаков.

Подняв взгляд выше, Арди заметил, как в сияющих глазах девушки и юноши, стоявших за прилавком, начали зажигаться огни. Такие Ардан уже видел прежде. В очах госпожи Сенхи’Ша, когда её осмелилась перебить герцогиня Анорская.

Ардан вскочил на ноги и схватил за плечо молодого мужчина.

— Что ты себе позволяешь, зверь! Да я…

— Уходите, — перебил его Ардан. — Уходите отсюда немедленно.

Господин Лиран, кажется, начал буквально кипеть от возмущения. И тогда Ардан заглянул ему в глаза. Так глубоко, как только мог. Несколько пуговиц на костюме франта вспыхнули ярким, синим пламенем, но тут же погасли, истлев пеплом. Ардан смел их одним мимолетным усилием воли, подпитаной холодом, струящимся среди ледяных ящиков Фае.

— Уходи, — произнес он твердо, помещая слова глубоко в душу мужчины. — Если не хочешь, чтобы твоя мать плакала на твоей могиле.

И Лиран, развернувшись на манер оловянного солдатика, чеканя шаг, зашагал на выход. Ардан, едва ли не полностью лишившись всяких сил, тяжело опустился на стул.

Но прежде, чем Лиран успел выйти за пределы кафе, его окликнула девушка за прилавком.

— Год и день ты будешь молчать, человек, за то что посмел так вести себя с учеником Атта’нха, — произнесла она гулким голосом и, в тот же момент, длинная, светящаяся лента зазмеилась изо рта господина Лирана. Она свилась кольцом на ладони девушки и та заперла её в банке, куда складывала монетки ксо.

Лиран, все так же, словно оловянный солдатик, шагал на выход. А вместе с ним, побледнев, со стеклянными глазами, вышли и остальные посетители. Затем по разным сторонам разошлись те, кто ожидал своей очереди, а вскоре опустела и вся улица.

Окна, выходящие на кафе, занавесили плотные шторы, автомобили развернулись и миновали улицу и даже трамваи замерли у пределов невидимой границы.

— Арди, что здесь…

Тесс не договорила. Она закрыла рот, безвольно опустилась на стул и замерла каменным изваянием.

Ардан схватил посох и направил его в сторону прилавка. Но Сидхе там не оказалось. Арди резко развернулся обратно и увидел девушку и юношу, сидевших за его столом. Они ели мороженное и в их глазах плескались лесные озера и сияли лучи рассветного солнца. Волосы струились дождем, а кожа блестела лунными камнями.

— Расколдуйте её, — прорычал Ардан, чувствуя, как внутри закипает что-то недоброе.

— Сядь, ученик волчицы, — произнес юноша. — Мы пришли говорить.

— Раскол…

Медленно поднялась ладонь неизвестного Сидхе и Ардана сковали путы прочнее, чем те, коими его спеленал, когда-то, прадед. Столь же медленно ладонь опустилась на стол и Арди обнаружил себя сидящим на стуле. Не имеющим возможности пошевелиться или, даже, слова промолвить.

Но, что еще удивительней, когда Сидхе поднял ладонь, то с неё закапала мерцающая кровь, похожая на ртуть, а на запястье Арда сиял мраком безлунной ночи браслет Атта’нха.