— Автор? — Алиса поправила очки и пригляделась.
— Ат… Ар… мне не прочесть. Это вообще на каком языке?
— На Фае, — дрожащей рукой Ардан опустил лист вниз. — На языке Фае читается, как Атта’нха.
О Спящие Духи…
Маленький охотник лежал на плотном, буром меху своего старшего друга. Гута, посапывая, пыхтел и его черные губы забавно топорщились каждый раз, когда медведь выдыхал теплый воздух. Арди прижимался к Гуте спиной. Левая нижняя (
Эргар, порой постукивая хвостом, ловил последние лучики уходящего на отдых солнца. Барс распластался на громадном валуне и, положив голову на лапы, делал вид, что спит. Но Арди знал, что учитель внимательно следит за обстановкой. Никто не смог бы скрыться от нюха и взгляда Грозы Горных Пиков.
Все вместе, они отдыхали у подножия склона, где густой лес сменялся тонким, низкорослым пролеском. Колючая трава и пушистый мох уступали место острым, мелким камешкам. А выше, где-то там, среди облаков, терялись Алькадские пики. Молчаливые и суровые… пока не узнаешь их поближе. Маленький охотник узнал. И теперь видел среди темных скал, заснеженных вершин, глубоких расщелин, водопадов и быстрых рек не пустые, безжизненные дали, а нечто столь же драгоценное и радостное, как и внизу — в лесных разливах.
Дул ветер. Он гнал уже сереющие и сыреющие облака откуда-то с запада. Оттуда, где, в бесконечной дали, заканчивались Алькадские волны.
— А почему волны? — спросил маленький охотник.
Их же, все-таки, на поляне отдыхало шестеро. Рядом с Арди на пне, выросшем из земли после короткой просьбы, сидела волчица. В облике, одновременно похожим на тот, в котором ходили звери и на тот, что маленький охотник видел в собственном отражении на воде.
В руках она держала одну из книг, а рядом, к пню, приставила посох, украшенный переплетением множества рун и, даже, картин. Те чем-то напоминали своих сестер из пещер Горы Памяти.
— Потому что, маленький друг, порой я забываю, что вижу перед собой горы, — ответила волчица. Она закрыла книгу, спустилась с пня, тут же втянувшегося в землю, и, подойдя к Арди, уселась рядом. Точно так же оперлась на Гуту и потерлась, поудобнее устраиваясь в медвежьем меху. — Иногда мне кажется, что я вижу волны. Медленные и грузные. Они накатываются друг на друга и растут.
Маленький охотник снова обернулся к скалам.
— Но они совсем не двигаются, — недовольным тоном, заметил он.
— Для тебя, маленький друг, — странным голосом, немного печальным, произнесла Атта’нха. — Для тебя они неподвижны, а для меня лишь медлительны.
— Медлительны? Как старые охотники?
— Даже медленнее, — Атта’нха обнажила клыки в доброй улыбке. — Совсем неспешные. Как усталые утки.
— Такие? Вперевалочку? — и Арди попытался изобразить выбившуюся из сил утку, нелепо шлепающую ластами по берегу озера.
Атта’нха засмеялась и прижала маленького охотника к себе. Так они и сидели. Греясь в меху Гуты, слушая его низкое, гулкое дыхание. Нежились в лучах солнца, вдыхали ароматы утомленного весной и летом леса и вглядывались в опускающееся все ниже, и ниже, и ниже — небо.
— В следующем цикле я уже стану взрослым охотником, — прошептал юный охотник.
Он разглядывал свою лапу. Она стала куда больше и сильнее, чем когда он впервые отправился по горным тропам.
Дыхание Гуты на мгновение сбилось, Шали дернула хвостом, Скасти зашевелился на голове, а Эргар, прежде иногда стучавший по своему валуну, напротив — застыл неподвижнее того камня, на котором лежал.
— Так и есть, — отчего-то печально, подтвердила Атта’нха. — Ты дочитал свитки, что я дала тебе в прошлом танце духов Дня и Ночи?
Маленький охотник кивнул.
— Я прочитал про имена пламенных гор, — он начал перечислять все, что вычитал в свитке. — И про имена дождей, ветров. Камней, укрытых мхом, плесневелых грибов, листьев крапивы, ветвей дубов и елей, про кедры и малину. Про болота, маленькие реки, лужи, капли росы и все остальное, о чем рассказывалось в твоих свитках.
По мере перечисления Атта’нха, отчего-то, вовсе не радовалось, а наоборот — немного хмурилась.
— Как часто ты пытаешься их услышать? — с осторожность спросила она.
Арди пожал плечами. Он и сам не помнил, откуда знал этот жест. Его не понимали остальные звери. А сам маленький охотник, почему-то, осознавал, что тот означает «
— Когда мне скучно, — ответил он честно. — Когда нечем заняться. Или если мне покажется, что я услышал в их шепоте особенно интересную историю.
Атта’нха обвела взглядом остальных зверей, но те сохранили неподвижность. Словно… она проверяла, говорит ли Арди правду? Да быть не может. Маленькому охотнику просто показалось.
