Мускулистые лапы, увенчанные тремя когтистыми пальцами, пестрили зеленой кожей, постепенно переходящей в плотный, черепаший панцирь. Только у тех черепах, что Ардан видел в иллюстрациях учебников, он выглядел куда более… естественным. В данном же случае казалось, что множество отвратных наростов набухли и наползли друг на друга, слившись в форме плотной, костяной, второй кожи.
При этом сам силуэт твари действительно напоминал гигантского, выдуманного каким-то сумасшедшим рассказчиком, быка. И даже короткий, зеленый хвостик, и два рога аккурат за надбровными дугами, выглядели такими, какими Арди привык их видеть на ферме Полских.
Вот только…
— Твою же мать, это Гвардеец! — взревел Милар и, отпрыгнув назад, опустился на правое колено. Капитан, уперев локоть в колено, прицелился между ног монстра.
Только метил он явно не в тварь, которую даже револьвер сержанта Боада, пожалуй, лишь оцарапал бы, а в генераторы.
Монстр взревел и, разведя передние лапы в разные стороны, зарычал столь оглушительным, скрежещущим ревом, что напомнил то, как при сильном ветре, трутся друг о друга жестяные листы на крышах домов в рабочих кварталах.
— Стой! — закричал Ардан.
Милар, уже было вдавивший спусковой крючок, замер на мгновение.
— Не стреляй!
— Ард, ты…
Арди, не слушая Пнева, сделал шаг вперед. На лице юноша ощущал горячее дыхание монстра, вдыхал смрад его воняющей пасти, а глазами видел, как капли кислотной слюны разъедали пол, и как когти вспарывали каменную кладку, будто ножницы податливую ткань.
И все же…
— Он же тебя… — начал было капитан, но увидел, как Ардан, подойдя к твари, попросту протянул руку и коснулся морды. Вернее — попытался коснуться. Потому как ладонь попросту прошла насквозь, не встретив ни малейшего сопротивления. — Сожрет…
Милар запоздало закончил фразу и снял палец со скобы крючка.
— Если бы он был реален, то даже во сне имел бы вероятность повредить оборудование слюной, — объяснял Арди, проводя рукой внутри иллюзии. Морока, но столь высококлассного, что выглядел осязаемым, и вызывал у жертвы слуховые, тактильные и визуальные галлюцинации. — Такого никогда бы не поставили охранять генераторы, тем более с такой Лей-нагрузкой.
Милар убрал револьвер в кобуру и выругался.
— У меня уже сердце в пятки ушло, господин маг, — выдохнул он, вытирая вспотевший лоб. — Думал, что придется твоим в Дельпас похоронку везти.
В этот момент Арди, пройдя внутрь помещения, пересек незримую черту, и иллюзия для него исчезла.
— Эй! Ард! — в спину вновь донесся взволнованный голос Милара.
— Я здесь, — ответил Арди. — Иллюзия создана не чтобы нас отпугнуть, а чтобы скрыть то, что здесь находится кроме генераторов.
— Кроме… генераторов?
— Сам посмотри.
Арди, не сводя взгляда с устройства, расположенного в центре помещения, сделал шаг в сторону.
Стоит отдать должное, капитан Пнев не медлил и не тушевался перед «лицом» бушующей твари, способной переломать им кости быстрее, чем шкодливый ребенок давит муравьев на их пути к муравейнику… будь монстр реальным, разумеется.
— И что это? — спросил Пнев, оказавшись рядом с Ардом.
Они оба стояли около высокой, конической подставки. Стальные кольца, сужаясь ближе к горловине, лежали друг на друге, напоминая коржики для слоеного торта. Металлического торта, к которому от каждого генератора подходили кабели, соединяясь внутри венчающей подставку коробке. Коробке с цифрами. Те, вторя ударам сердца, сменялись одна за другой.
— Это то, о чем я думаю? — с придыханием, спросил Милар.
— Смотря, о чем ты думаешь, — прокряхтел Арди.
Отложив посох в сторону и прикрепив книгу обратно на поясные цепочки, Ардан начал по кругу обходить устройство и внимательно осматривать как его, так и генераторы.
Датчики на агрегатах показывали давление внутри вращающихся цилиндров, приводимых в действие искрами Лей-кристаллов. Те, в свою очередь, поджигали специальную смесь, созданную на основе нефти с примесями столь же специального раствора из окиси Эрталайн.
В итоге цилиндры, создавая центробежную силу, порождали нечто вроде жидкой, высоко энергетической формы Лей-энергии. Практически воплощали в реальность сам концепт Лей-линии.
Давление показывало три сотых бар с незначительными колебаниями. Вполне в пределах нормы, если верить лекциям профессора Конвелла, откуда Арди и почерпнул базовые знания о принципах работы генератора.
Он знал, что генераторы функционировали пока в них полностью, не сгорало топливо и не «стачивался» накопитель, с которого специальные ножи, работавшие благодаря вибрации корпуса самого агрегата, высекали те самые искры.
Потому генераторы и издавали такой характерный, низкий, жужжащий шум.
Если же давление превышало показатель критической массы в полторы десятых бар, то могла начаться спонтанная, неудержимая реакция, внутри которой Лей разгоралась в геометрической прогрессии и настолько быстро, что высвобождаемая энергия порождала Лей-взрыв.
Что-то вроде Сломанной Печати, только помноженное на сотни порядков.
