Матабар III полностью

Юноша проверил, что рычаг находится в нейтральном положении, повернул ключ в замке зажигания, выжал сцепление и, поддавая газ, переключился на первую передачу.

Автомобиль хоть и с рывком, но тронулся с места. Выкручивая руль, прикусывая кончик языка от усердия и сконцентрированности, Арди надавил на педаль газа и, дождавшись, когда стрелка тахометра достигнет нужных оборотов, переключил передачу.

В « Дерксе» их имелось всего три, в то время как в новых автомобилях, способных разгонятся аж до шестидесяти километров в час, таких насчитывалось от четырех и выше.

Так, немного дергано, частенько «спотыкаясь» на люках и ямках они покатились в сторону Кривоводного канала. Петр указывал куда ехать.

— На перекрестке с улицей Влюбленных прямо, по набережной вплоть до моста Мучениц, там через него и снова направо по набережной.

Ардан, едва ли не вжимаясь подбородком в рулевое колесо (из-за своего роста он боялся, что выпрямившись будет стучаться головой о железную, ржавую крышу, обивку которой когда-то давно содрали, да так и не повесили обратно) внимательно следил за дорогой. Он старался ни в кого не врезаться; не ошибиться в сигналах регулировщиков на перекрестках, где, к неудовольствию Петра, дважды заглох из-за того, что плохо сориентировался с переключением передачи и вжимание сцепления; не говоря уже о трамваях, которые следовало пропускать вне зависимости от движения; пешеходах, порой нагло перебегающих в неположенных местах; лихачей на новеньких авто, прыгающих между рядами, будто они блохи, а не водители; а еще старенький « Деркс» постоянно ворчал, фырчал, шипел двигателем, трещал накладками в салоне и так и норовил развалиться на ходу, постоянно заваливаясь в сторону от курса.

Так что Ардан не получил ни малейшего удовольствия от пребывания за рулем и до сих пор не понимал, почему Аркар впадал в восторг, когда ему удавалось «полихачить» и, как выражался полуорк — «дать в пол».

Юноша, взмокнув так, как не потел на занятиях Аверского, даже не заметил, как они покинули городскую черту, оставив позади и пышные здания центральных районов; и скромные, вытянутые жилые дома рабочих кварталов, над которыми высились надменные принцы-небоскребы.

Способность размышлять о чем-то, кроме череды манипуляций с педалями, рычагом коробки и рулевым колесом вернулась Ардану только когда они, перемахнув через очередной холм, поехали по идеально ровной, пустынной улице.

Та протянулась между высокими, кованными оградами, сплетавшимися воедино в полотне бесконечных верениц витых прутьев, увенчанных острыми пиками, перемешивающимися с каменными колоннами, украшенными разнообразными статуями.

По ту сторону оград виднелись поместья. Разной величины и богатства внешнего убранства, но спорили в них они лишь между собой. В любой другой части страны каждый из подобных домов мог с легкостью сойти за главную достопримечательность губернского центра.

— Предместья, — прошептал Ардан.

Он слышал об этом месте. Здесь селились богатеи столицы. Те, кто не хотел жить в суете и «тесноте» острова Святого Василия и прилегающих к нему Каменных островов. Вот и строили здесь, в получасе езды от городской черты, свои громадные имения. Зачастую они пустовали в зимнее время, так как по морозам ехать до города мало кто хотел. В то время как летом, наоборот, Святой Василий и Каменные острова практически вымирали, а богатеи перемещались сюда, в свои дворцы.

— Здесь налево, — указал Петр на съезд, и они свернули с вычищенной от снега дорожки, миновали мост, перекинутый через пруд, и покатились по проселочной тропке вдоль кромки не очень большого озера.

Правда двигались совсем недолго, потому как вскоре сыщик скомандовал:

— Глушите мотор, Ард, — и сделал он это как раз вовремя, потому как впереди высились подтаявшие, сверкавшие льдинками сугробы. В таких увязнуть не составляло никакого труда.

Петр открыл бардачок и достал оттуда несколько заряженных «месяцев», которые поспешил убрать в карман.

— Выходим, — кивнул в сторону Петр.

Ардан открыл дверь, вытащил посох и… вдохнул полной грудью свежий, ночной воздух. Тот слегка потрескивал от мороза и жадно кусал лицо, приветствуя долгожданных путников. Ветер выл и игрался среди скрипучих крон высокой хвои. Под ногами хрустел чистый, белоснежный снег, а прелестная луна уже выложила серебристые тропки на замерзший озерной глади.

Даже несколько звезд, пробившись сквозь световое загрязнение Метрополии, засияли над их головами. Будто просыпавшиеся бриллианты на черном бархате прилавка старого ювелира.

Ардан мгновение боролся с желанием скинуть ботинки, махнуть рукой на Петра и пробежаться по зимнему лесу. Тем более, что в этой части Предместий тот казался родным и знакомым — хвойным и местами смешанным, а не лиственным, как практически по всей Империи.

— Повремените с ностальгией, Ард, — Петр качнул револьвером, зазывая Ардана за собой. — Пойдемте.