А сама гандола, по своим объемам, вполне могла вместить в себя два «Брюса». Что, собственно, вполне успешно и демонстрировала. Насколько знал Арди, внутри располагалась смотровая площадка, ресторан на пятьдесят посадочных мест, бар еще на сорок, комнаты для отдыха и даже небольшое казино с «миниатюрным» концертным залом. Каюты же находились сверху и чуть позади гондолы. В самой нижней плоскости «сигары», вдоль которой шел длинный, металлический желоб. Именно в нем прятались двигатели, хранилище топлива, каюты пассажиров и воздушных матросов, включая капитанский мостик, расположившийся непосредственно перед гондолой.
— Капрал, — к Арду повернулся водитель. Разумеется — один из работников второй канцелярии. — Ваши документы.
Ардан открыл протянутую ему кожаную обложку. Внутри, на гербовой бумаге, со всеми печатями и подписями, значилось:
«
— Постарайтесь клыки не показывать, — ровным, ничего не значащим тоном добавил водитель и протянул билет. Его Арди уже видел.
— Я думал, что пойду под настоящим именем, — немного удивился Ардан.
— Смена планов, — пожал плечами водитель. — Руководство решило иначе.
— Почему?
— Понятия не имею, господин Баров.
— Баров… Баров… — Ардан похлопал документами по ладони, чем-то напоминая себе профессора Лею, и убрал кожаную обложку во внутренний карман пиджака. — Знакомая фамилия… И кто такой этот Керид Баров?
— Сын крупного фермера из Предгорной губернии, — пояснил водитель, вновь поворачивая ключ зажигания и отправляя автомобиль вниз по серпантину, вьющемуся между холмов.
— У него разве есть сын? — нахмурился Арди, постепенно вспоминая семью Баровых.
Те жили на другом конце Алькадской степи. Примерно в семи днях конного пути на запад от Эвергейла. Благодаря этому Баровым нечего было делить с Полским, так что те не соперничали за пастбища. Сталкивались лбами лишь на мясных аукционах Дельпаса, но должность Арди, закончившего свою карьеру в роли «младшего ковбоя» (
— Только дочери.
— А если…
— Мы все проверили, господин Баров, — перебил его, как догадался Арди, Кинжал. — Ваши сестры не в столице. Да и из всех четверых здесь бывала лишь одна и то, в самом нежном детстве.
— А вдруг…
— Семья Баровых живет в удаленном месте и связей со столичной аристократией и дворянством у неё нет, так что кого-то, кто мог бы заподозрить вас вы не встретите, — продолжил водитель, предвосхищая вопросы своего «пассажира». — Но постарайтесь лишний раз ни с кем не вступать в длительные разговоры. Правило семи рукопожатий никто не отменяли.
— Семи… чего?
— Это значит, господин Баров, что вы с практически абсолютной долей вероятности не встретите того, кто мог бы
Деревянная балка на противовесах, придорожная будка с двумя, без малого, военными. И, точно такой же военный, молодой мужчина в летнем обмундировании и с военной винтовкой на кожаном ремне, подошел к ним и, отсалютовав, представился.
— Капрал Норский, — отчеканил он. — предъявите, пожалуйста, временный пропуск на объект.
Ардан сперва нахмурился, а затем, едва не икнув, постарался вжаться в спинку дивана, скрываясь в тенях сумерек и салона от возможного взгляда капрала.
Попытки Арди остались незамеченными со стороны Норского, но не водителя. Краем глаза Арди заметил, как «водитель» переставил ногу на педаль газа.
— Вот, — Кинжал протянул через окно бумагу.
Капрал пару мгновений читал, после чего отсалютовал и замахал своим соратникам. Те подняли шлагбаум, пропуская автомобиль на территорию полигона.
Только после того, как блокпост скрылся в зеркале заднего вида, водитель спросил:
— Что случилось?
— Этот капрал Норский, год назад, работал на пропуске в Дворце Царей Прошлого.
Водитель нахмурился.
— Вряд ли бы он вас узнал, господин Баров. Вы сейчас выглядите иначе, да и сам антураж несколько иной. Я бы не переживал на счет Норского.
Почему-то Арди нисколько не удивился, что один из Кинжалов знал, как выглядел его «пассажир» почти год тому назад.
