И эльф удалился. Перед тем, как тот исчез в пестрой толпе аристократов, Ардан лишь успел заметить, как остроухий уже что-то нашептывал на уши дочери с матерью.
Чтобы эльф не увидел в глазах Арди, тот тоже уже видел такой взгляд, как у сына герцога Абраилаала, чью беременную дочь, во время восстания Темного Лорда, убил в магическим поединке Арор Эгобар.
Видел у Йонатана Корносского. Взгляд человека, который пытается забыть о боли, пожирающей его изнутри. Прячет её гнилостные клыки и затупленные когти под маской безразличия и цинизма.
Что это говорило Арди? Ровным счетом ничего. Кроме того, что на этом дирижабле находился чело… эльф, который знал его настоящую личность.
— Замечательно…
— Вы что-то сказали? — тут же подобрался официант, видимо старавшийся забыть развернувшееся перед его глазами представление.
— Замечательный паштет, — улыбнулся Арди, поднимая вверх паштет из утиной печени, намазанный на замороженный жир молодого лося и сушеные сухожилия вепря.
Официант едва не позеленел и поспешил вежливо отвернутся. Видимо людей данное сочетание не очень воодушевляло. Но в таком случае зачем предлагали на фуршете? Хотя, Тесс что-то рассказывала про г-у-р-м-а-н-о-в. Но Арди не запомнил значения данного слова.
Возможно, он бы еще какое-то время предавался размышлениям о предпочтениях в еде различных рас, если бы не скрип Лей-микрофона.
Артефакт, подведенный к кабелям, исчезавшим в стенах, стоял на небольшом подиуме. Именно к нему и подошел мужчина. Чуть выше метра семидесяти, со спиной прямее, чем флагшток, с немного горделивым, но умным взглядом зеленых глаз и густой, седой шевелюрой. Лицо с мягкой, нежной, но покрытой морщинами кожей. Впрочем, на ней отсутствовали как щербинки, так и мелкие шрамы или трещинки. Как если бы кто-то взял ребенка и резко состарил его на пять десятилетий, но при этом лишил всех тех тягот и невзгод, что оставляли отпечаток на лице.
С угловатыми, резкими скулами и острым подбородком, с немного вздернутым, столь же острым носом и низким, будто вечно нахмуренным подбородком. Мужчина носил дорогущий, просто
Арди, возможно, пора было оставить позади привычку сына портной оценивать всех, сперва, по одежде, но, видят Спящие Духи, это пока было свыше его скромных сил.
С узкими плечами и слегка, едва-едва заметно выпирающим животом, мужчина поднялся на подиум. Позади него, как едва зримая тень, застыла… Алла Тантова. Её забавный свитер сменила вязанная жилетка с узором в виде двух гусей. А так, все так же, как и запомнил Ард. Строгое лицо, отстраненный взгляд и тугой пучок волос.
Нетрудно догадаться, что колоритным мужчиной оказался никто иной, как Трэвор Мэн. Один из совладельцев компании «
— Дорогие друзья, — развел он руками, спрятанными в белые перчатки. Голос, звучавший из динамиков, легко и прытко разносился по залу. — Рад вас приветствовать на первом в истории не только нашей страны, но и всего мира, коммерческом авиарейсе.
Господин Мэн выдержал паузу и зал послушно взорвался в основном искренними овациями.
— Благодарю, благодарю, — Мэн жестами успокоил «высокую» толпу господ. — Данное достижение невозможно было бы без наших дорогих спонсоров, моих, не побоюсь этого слова, давнишних друзей — Тарика Ле’Мрити и Энса Ортарского.
И снова аплодисменты. Посвященные, правда, всего одному человеку. Тучному, с сальными волосами и жадными, поросячьими глазками с такими кольцами на пальцах-сардельках, что впору были бы заменить кому-нибудь браслеты.
Ардан узнал его по фотографиям.
Энс Ортарский.
Единоличный владелец Первой Транспортной Корпорации. Не создатель, разумеется. Получил в наследство от отца. А тот — от деда.
