— Увы, господин Ле’Мрити не столь рад вниманию, как мы с Энсом, так что передавал вам свои искренние извинения, — будто заправский циркач перед толпой, раскланялся Мэн. — И, разумеется, мы бы не достигли этого прорыва, если бы не дорогие ученые и инженеры, не покладая рук и своих умных голов трудившиеся над такими проблемами, о которых я, дорогие друзья, даже никогда и не задумывался. Мне куда важнее как бы не просрочить очередной займ в Императорском банке, — среди рядов богатеев, дворян и аристократов прозвучали смешки. — Кстати, обязан сказать слова благодарности и Короне, которая помогла уже тем, что решила не мешать нашим изысканиям. Горд представить вам сегодняшних дорогих гостей — Великий Князь Аркадий Агров… — Ардан не обратил внимание вокруг кого, с поклонами и реверансами, отступала толпа. Ему показалось, что это имя он уже слышал. Кажется прямо на… — И, разумеется, его младший сын, один из лучших студентов Большого, выбравший своей стезей Военное дело, Великий Князь Иолай Агров.
Ардан сделал шаг назад и постарался спрятаться в толпе, пока эта самая толпа рукоплескала светившемся от радости и гордости Иолаю, зачем-то напялившему белоснежный пиджак, выполненный на манер военного кителя.
Аркадий Агров. Во время танца с Анастасией, та упоминала его, как отца Иолая.
— Этим вечером, дорогие друзья, обживайтесь, располагайтесь и отдыхайте. Завтра утром вас ждет завтрак, приготовленный лучшими поварами столицы, а начиная днем и заканчивая поздним вечером вы сможете сыграть за столами нашего небольшого казино, чтобы, разумеется, растратить все деньги, которые вы выделили для аукциона, — и снова смешки и самодовольные, лоснящееся лицо Мэна. — А вечером завтрашнего дня, когда мы будем над Ласточкиным Океаном, то любясь его видами, до утра, пока не вернемся обратно в Метрополию, и пройдет аукцион. И на этом первый коммерческий полет дирижабля компании «Небесные Дороги» будет завершен. Но, уверяю вас, не пройдет и пары лет, как данные поездки станут для вас так же обыденны, как и долгие дни тряски в поездах. Вот только там, где поезду потребуется неделя пути, компания «Небесные Дороги» обещает справится за сутки. Но об этом позже. А сейчас — отдыхайте и готовьтесь расстаться со своими деньгами.
Снова аплодисменты, смех и с утроенным усердием заигравшие музыканты в дальнем углу зала. А Ард, чье сердце бешено стучало, раздумывал о том, как ему мало того, что пробраться в каюту Мэна незамеченным, так еще и за двое суток не попасться на глаза Агровым.
Семь, о Спящие Духи, рукопожатий… А может всего одно⁈ И почему Вторая Канцелярия не знала о том, что на борту будут присутствовать Иолай с отцом⁈
Впрочем, как бы жестоко ни звучало, но в данный момент все это мысли завтрашнего дня.
И, пока Ардан размышлял о своих насущных проблемах, гондола задрожала, заставляя гостей роптать, а затем, вместе с гулким, глухим сигналом, чем-то напоминающий корабельный, земля в иллюминаторах начала постепенно удаляться, теряясь в летних сумерках.
Дирижабль приступил к взлету.
Первые ощущения головокружения и тошноты подступили так же незаметно, как незаметным оказался и тот факт, что дирижабль, гудя двигателями, пыхтя соплами и раскручивая громадные винты, рассек килем пористые облака и почти присоединился к неспешному параду исполинских, пушистых туч — задумчивых кучевых, бредущих по синеве в своей привычной, едва заметной манере.
Ардан схватился за стену и зажмурился. Если бы не те несколько дней, которые он провел в заключении у второй канцелярии (
И, оказавшись внутри, раскаленный прут взбалтывал содержимое, небрежно стуча по стенкам, как ребенок, размешивая чай стучит ложкой о чашку. С каждым ударом, с каждым оборотом, ощущения лишь нарастали, углублялись, спускаясь все ниже и ниже по горлу, наматывая тугой ком в гортани, проваливающийся прямо в желудок, откуда снова поднимался наверх.
Спину прошиб липкий, ледяной пот. Испарина сверкала на лбу. Пальцы сперва побледнели, а затем начали синеть, как на самом сильном морозе, с которым не справлялась даже кровь горного охотника.
А затем все закончилось. Не так плавно, как начиналось, а резко и безапелляционно. Ардан выдохнул и, отлипнув от скрипнувшей под пальцами, потрескавшейся деревянной панели, коими укрыли металлические стены гондолы, смог выпрямиться.
