Как же приятно звучали эти слова. И, вновь, как же сильно хотелось ими обмануться. Но если прежде Арди отмахивался от тяжелых мыслей о том, что с Тесс может что-то случиться, то сейчас…
Он посмотрел на запястье, где остался запечатлен синий оттиск поцелуя Аллане’Эари, Сидхе Холодной Летней Ночи.
Спящие Духи.
Арди даже не был уверен, что иноземные военные и те, кто стоял за ними, представляли для Тесс и него самого
— Я не смогу быть всегда рядом.
— Ты уже это говорил.
— Я могу сказать и в третий раз, Тесс, факт от этого не изменится, — не стал отступать Арди.
Она взяла его за подбородок и с неожиданной силой развернула к себе.
— Тогда, уж прости, дорогой, но это твоя проблема, — вновь загорелись зеленые глаза. — Я знаю, что должна делать в браке женщина. Мне об этом рассказала мать, а ей её мать и так далее. Но понятия не имею, что должен делать мужчина. Так что тебе придется самому разобраться в том, чтобы мы
Ардан не стал отвечать на, очевидно, риторический вопрос.
— Значит тебя вовсе не страшит моя смерть, Арди, — отняла руку Тесс. — Тебя пугает то, что ты не сможешь её предотвратить и то, что ты можешь стать её причиной.
— Тесс! — не сдержался Арди. — То, о чем ты говоришь, о старости и прочем, это произойдет через полвека!
— Но ведь произойдет! — так же в сердцах, воскликнула девушка. — Я состарюсь и умру, Арди! Я стану немощной, дряблой, полу глухой и мало что соображающей! А ты будешь выглядеть не старше Милара! И это данность! Неизменная и неизбежная! Так почему мы обсуждаем что угодно, а не её?
— Потому… потому…
— Потому что ты не можешь на это повлиять, — перебила его Тесс, вновь понизившая тон до спокойного. — А на то, что произошло полторы недели, как тебе кажется, можешь.
— Мне не кажется! — все же вспылил Ардан.
— Тогда повлияй! — не осталась в стороне Тесс.
И они снова, оба, так же быстро потухли. В палате, где стекла то и дело дрожали от повышенных тонов, повисла тишина. Не гнетущая и не тяжелая, а наполненная одновременно болью и заботой.
— Я всегда пыталась убедить себя, Арди-волшебник, что если сбегу из Шамтура… — Тесс снова сдавила пальцами подушку, на которой в паре мест оказалась порвана наволочка. — Если свяжу свою жизнь с кем-то, далеким от жестокости и насилия, то моя жизнь будет другой. Не такой, как у матушки и отца… но мне кажется, что это были не мои мысли, Арди. А мысли матушки. И её стремление меня сберечь.
Ардан вздохнул и, стараясь не показывать боли и, уж тем более, не издать даже крохотного стона, поднялся и пересел на кровать к невесте.
— Но в глубине души, я всегда знала, что это невозможно, — прикрыла глаза девушка и опустила голову на плечо жениха. — Меня дважды пытались похитить, и несколько раз убить. Просто потому, что я дочь генерал-губернатора Шамтура. В столице действительно стало спокойней, но это только иллюзия, Арди. Ты ведь видел укрепления, которые строит мой отец?
Арди легонько кивнул. Тесс почувствовала его движение.
— Если, не допусти Вечные Ангелы, случится большая война, Арди, то все, что мы сейчас с тобой обсуждаем, не будет иметь никакого значения, — она, совсем как кошка, потерлась о его плечо. — И если произойдет что-то страшное, то я не хочу уходить к Свету с сожалениями. Даже с самыми крохотными. Я хочу знать, что я пела, любила и была любима. А если повезет, то смогу рассказать об этом детям. Нашим детям, Арди-волшебник. Потому что уже не представляю себе жизнь с кем-то другим. Понимаешь?
— Понимаю, — ответил Ардан.
Он действительно понимал. Потому что и сам, с предельно четкой ясностью, лишенной всякого самообмана и иллюзий, осознавал, что уже больше не сможет полюбить никого так, как он любил Тесс. И вряд ли кто-то другой сможет его полюбить так, как она.
Спящие Духи.
Кажется он, все же, заговорил словами рассказчиков в историях прадедушка.
— И чтобы ты знал, Арди, даже когда все, что я могла слышать это выстрелы, то я ни доли мгновения не переживала за свою жизнь. Я знала, что чтобы не произошло, ты сможешь меня сберечь, — она протянула ладонь, провела по щеке и развернула его лицо к себе, вновь заглянув глубоко в глаза. — Потому что, может, я иногда и шучу, что лесные друзья воспитали тебя мягким, теплым и порой чересчур учтивым, но я видела твои и клыки и когти, Арди, когда вы спорили с Аркаром после того, что произошло на Бальеро.
— Прости… я не хотел, чтобы ты видела меня таким.
Тесс улыбнулась. Хитро и безжалостно. Как может улыбаться только женщина.
— Я вижу тебя таким каждый раз, когда мы занимаемся любовью, дорогой, — сказала она без тени стеснения, из-за чего Арди показалось, что у него покраснели даже уши. — Или ты думаешь, что твои когти, клыки и глаза в этом процессе выглядят как-то иначе?
