Матабар V полностью

Во всяком случае, Эрт был похож на кого угодно, только не на нормальное, человеческое дитя.

— Госпожа Орман, — произнес он предельно «взрослым» и от того очень комичным и смешным тоном.

Ладно, действительно, как бы ни выглядел его младший брат, он, все же, оставался ребенком…

— Можно я буду обращаться к вам по имени? — напыжившись, как индюк, будучи на несколько голов выше самой Тесс, а шириной плеч достаточной, чтобы Шайи пришлось надставлять для него пиджаки, Эрти выглядел настолько комично, насколько это в принципе возможно.

— Конечно, Эрт, — едва сдерживая необидный смех, произнесла Тесс. — А можно я буду называть тебя Эрти? Или тебя так называют только твои друзья?

Брат шутки не понял и тут же сник.

— А вы не хотите считать меня другом? — он выглядел так, будто у него весь мир с ног на голову перевернулся. Ребенок… в теле вышибалы если и не из числа Пиджаков, то уж Молотков — это точно.

— Конечно хочу, — спохватилась Тесс и, привстав на цыпочки, протянула руку и погладила каштановые волосы Эрти.

Видимо и она сама на короткое мгновение забыла, что перед ней вовсе не взрослый человек, да и, возможно, не человек вовсе…

— А, ну хорошо тогда, — снова засиял, не хуже Новогодней елки, Эрти. — Давайте… давай палку этого доходяги. Или, думаешь, он без неё ходить не сможет?

Тесс смерила Арди смешливым, ироничным взглядом.

— Пожалуй, он справится.

— Да? Что-то я сомневаюсь. Ты его, наверное, через силу кормишь.

— Порой бывает. Но, обычно, твой брат с этим сам справляется.

— Серьезно? А я вот помню, как в детстве…

Эрти, забрав у Тесс посох, с саквояжем в руках, повел невесту брата в сторону дома, а Арди… Арди шел позади них и чувствовал, как тепло растекается по груди. Такое уютное, густое, как одеяло из детства.

Он смотрел на то, как его брат весело что-то говорил Тесс, а та смеялась и не выглядела ни взволнованной, ни обеспокоенной из-за того, что рядом с ней находился такой же странный и ненормальный, как и её собственный жених.

— … и матушке пришлось буквально напоминать Арди, чтобы тот отвлекся от своих книг и, наконец, поел, — закончил Эрти, когда они поднялись на крыльцо.

— Да, — закивала Тесс. — В это я могу поверить.

Не успел Эрт коснуться дверной ручки, как бесшумные, хорошо смазанные петли провернулись, и створка отворилась, открывая вид на просторный холл. На пороге стояла его матушка.

Шайи.

За прошедшие полгода она почти не изменилась. Выглядела все такой же посвежевшей и помолодевшей, с изгладившимися морщинами и вернувшими цвет и густоту волосами, разве что у глаз и у уголков губ добавилось несколько складочек. Совсем маленьких, но, все же, не дававших забыть, что Шайи в этом году исполнится тридцать семь лет. Пройдет всего три года и с точки зрения государственного аппарата, Шайи станет пожилым гражданином со всеми вытекающими привилегиями и ограничениями.

Как бы сильно не улучшила спокойная и размеренная жизнь в Дельпасе физическое состояние Шайи, но его мама, мама Ардана, старела. Необратимо и бескомпромиссно.

Что-то колкое, холодное и неприятное, на секунду прорезав одеяло из теплоты, укололо сердце юноши, но он отмахнулся от этого чувства, не давая тому испортить долгожданную встречу.

Тесс элегантно обозначила книксен.

— Госпожа Брайан, — с неподдельным уважением, произнесла она.

Их взгляды — взгляды Тесс и Шайи пересеклись всего на мгновение. Арди в этот момент предельно ясно понял, что имела ввиду Тесс, когда сказала, что его общение с зверьми выглядит для неё странно.

Точно так же странно для Эрти с Арди выглядело общение их матушки с зеленоглазой певицей. Те не сказали друг другу ни слова, ни издали ни единого звука, никак не продемонстрировали эмоции через мимику или жесты. Просто встретились взглядами. На долю секунды. И сказали друг другу столько, сколько могут сказать друг другу лишь две женщины, любящие по-разному, но любящие одного и того же мужчину.

И если до этого взгляда на крыльце стояли две друг другу незнакомые женщины, то после него…

— Госпожа Орман, — произнесла Шайи с такой домашней заботой, которая прежде не распространялись ни на кого, кроме как на членов семьи.

— Если вам будет удобней, то можно просто Тесс, — ответила девушка, в чьем тоне уважение сменилось глубокой симпатией.

Эрти с Арди переглянулись и облегченно выдохнули.

Все было в порядке.

— Пойдемте скорее, ночь уже на дворе, — замахала рукой Шайи, приглашая в дом.

И как только за Арди закрылась дверь, он поставил на пол дорожную сумку и, сделав несколько шагов, обнял матушку. Аккуратно, стараясь в порыве чувств сдержать силу и не сломать хрупкие кости и не раздавить матушку. Но обнял сильно, будто хотел забрать с собой все то, что упустил за минувшие полгода.

Шайи ответила тем же.

Теперь Арди понял, почему в историях прадедушки всегда подчеркивалось, как сильно отличаются объятья матери от объятий возлюбленной. Казалось бы — одно и то же движение, но такое разное. Совсем другое.