Во всех твоих письмах проходит тема «горячей кормушки». Конечно, это правильно, как говорил когда-то Сезанн, но старый закон жизни – поменьше об этом думать, выкинуть из головы, так как если чего хочешь, то никогда не получишь, особенно в искусстве. Извини меня, это не нотация, а просто добрый совет.
Есть своя жизнь, свое пространство, в котором мы находимся, но при этом существуют и другие соты, квартиры и комнаты дома, и в них тоже живут и учатся дышать.
Малевич загадал в искусстве загадку, и вот все мое «я» ее разгадывает через творчество. Плохо ли, хорошо ли, нужна ли кому эта деятельность, я лично не хочу об этом знать! Это русский мировой гений, как бы меня окрасил, обжег, и мне приятнее разговаривать с мертвыми, чем с живыми. Современность, выход в жизнь, такую, как она есть, очень привлекательно, но для этого есть другие люди и очень хорошие, но увы – мне сие не подходит.
В мои сорок восемь лет (я родился в Москве и никуда не выезжал!) я не потерял удовольствия и очень люблю высказывание Достоевского «мир спасется красотой»! Сегодня художники бегут с огромной скоростью по странам, а я, мой дорогой, плетусь в противоположную сторону. Мне очень близок русский символизм конца 19 века, история страны, где мы родились, Малевич и Кандинский. Не люблю искусства, подчиняющего зрителя, не люблю литературных структур, ни технологии, ни быта. Люблю картины, где задается вопрос, и они же отвечают на него.
У Бога нет времени, и думаю, у хорошего искусства есть что-то подобное. Важно в картине увидеть то, чего там не видно. Последние десять лет я пишу, видимо, одну большую картину, что является для меня дневником, и пытаюсь отгадать загадку, поставленную Малевичем. Но избави меня, Боже, от самоутверждения! Поменьше «я».
Что касается парижских выставок, то такой каталог Вейсберга могла позволить себе сделать любительская фирма «х» и «у», а не художественная галерея. Так и пахнет рекламной пошлостью от него. Кроме торговли еще надо иметь вкус к искусству. А так можно завалить и Леонардо, не только Володю!
Я очень давно не видел Басмаджана, а то бы все это сказал ему в лицо. Может, этот каталог хорош для «москвы», но не для «парижа», да и самовары далеки от картин!
Валя, передай мои поздравления Виталию, Лиде и всем, кто меня помнит.
Сердечно обнимаю тебя, твой Эдик Штейнберг.
Я надеюсь, что ты получил от меня маленький подарок – фото Акимыча, береги для дела. Галя передает тебе поклон. Что касается Снегура, то скажу образно – это жизнь московского подвала. Бога не надо гневить, это точно!
18
Дорогой Борода!
Получил твое письмо. Систему коммерческой адаптации искусства я немного знаю, кое о чем догадывался. Но!!! Что делать?
Нечего Бога гневить. Не могу и не хочу делать оценки художественных ситуаций и не только их. Только работать, работа художника идентична наркомании. Работа художника мало кому нужна, и это его Крест!
Тебе, старина, приходится жить вне страны, где ты не только родился и вырос, и все это двойное испытание. Храни тебя Господь!
Я понимаю это страдание. Жизнь окрашивается символом и знаком.
Покойный Володя Вейсберг добивается пенсии и вскорости умирает. Я у него не был на новой квартире, а пришел на поминки. Рисую тебе письмо и не знал, что Володя умер, узнал только утром, а вышел рисунок о нем! И квартира его находится на Арбате. Уже после написал картину на его смерть.
Зима была холодна, давно такой не было, но весна оживляет природу большого города.
В 50-е годы я рвался в Тарусу учиться дышать и писать весну. Часто вспоминаю это замечательное время. Незамутненность сознания, предельный оптимизм к назначению искусства и служение ему. Помню, как ты постоянно изучал Библию у Акимыча в библиотеке. Увы, чертов профессионализм сегодня – действительно чертов! Для меня ближе «арт-клош», чем блистательная пустота «арт-доллара». «О чем тужить, о чем жалеть – день прожит, ну, и слава Богу!» 19 век – какое время, чтобы так сказать. Пастернак уже позже, в 20 – «жизнь прожить, не поле перейти»! И это сказано русскими поэтами.
У Володи Каневского открывается выставка в ЦДЛ. Сто лет его не видел. Он талант и анти «арт-клош». Прочно и давно прописан в «Союзе художников». Имеет отличные связи и семейные традиции. Слышал, что вроде бы занимается абстрактным искусством. Увижу и тебе напишу.
Очень рад за тебя. Выставка «трех» в Лондоне это история 60–80 годов. Говорят, Зверев имел, как всегда, коммерческий успех.
Спасибо за каталог. Я уже смотрел каталог из Лондона. По-моему, неплохо и тот и другой. Когда «арт-клош» перекрестится в дойную корову, пропадет и его прелесть. И, уверяю тебя, это будет, и время это не за горами.
Сапгирихе передай привет. Она, говорят, смылась на Запад за любовником! – вот чертовка! В ней (к ее полноте) есть изюминка. И дочка ее уехала. Грустно все это, старик! Обратного хода ведь нет, а люди уже на Луне побывали – абсурд!
Последние вещи у меня темные, опять нахожусь на перекрестке после 20 лет светлого.
