Тетя Андреа рассказывает одну историю за другой. Какой был папа маленький, что любил, как учился в школе. Как вел себя со своей мамой, как любил бабушку. Матильде просит рассказать про свадьбу. Какая романтика! Хоть бы и ей так влюбиться, когда она вырастет. Плакать и смеяться. Вот чего она хочет, говорит она тете: чтобы у нее был жених и она так же его любила, как мама папу. Мама извиняется, встает выйти в ванную, и тут Матильде замечает, что она плачет. Тетя Андреа старается отвлечь Матильде новыми историями.
Матильде слышит, как бабушка говорит крестному: «Ах, как она по нему тоскует в свой день рождения, бедняжка!»
И думает, что все хуже и хуже помнит папу – но лучше об этом никому не говорить. Его лицо и особенно голос забываются. Каждый вечер она вспоминает все истории по порядку, чтобы папа не ушел совсем.
Сеньорита Кармен объясняет задание: нужно рассказать, что хорошего сделал президент. Можно написать сочинение или нарисовать рисунок. Лучшую работу пошлют самому президенту.
Матильде долго сидит и смотрит на пустой листок. О чем она может написать? Что хорошего сделал президент? Матильде думает. Она знает, что он виноват в том, что папа пропал. Этого нельзя говорить, но она ненавидит президента, и дома его так не называют, а называют Пиночёрт и еще словом на букву «м». Но повторять такое нельзя. Бабушка ругает его по-всякому и в годовщину переворота не вывешивает на доме флаг.
– Принимайся за работу, Матильде, – говорит учительница.
Матильде спрашивает у Паулины:
– Ты про что будешь писать?
– Ни про что. Я нарисую рисунок, флаг и площадь. У нас рядом с домом площадь в его честь. Там горки и качели.
– Я знаю, что делать, – говорит Матильде. – Нарисую какое-нибудь уродство, чтобы не выбрали.
– Сеньорита будет ругаться.
– Ну и пусть.
Матильде берет карандаш и рисует гору, дом и дерево. Больше ничего. Сдает учительнице и садится, довольная своим бунтарством.
Звонят в дверь. Бабушка открывает, врывается тетя Сесилия и проходит прямиком к столу. У тети Сесилии, бабушкиной золовки, вечно кислый вид и плохое настроение.
– Здравствуйте, тетя, – вежливо говорит Матильде.
– Привет, Матильде. Как школа? – И тетя протягивает ей кулек молочных карамелек. – Оценки, надеюсь, у тебя хорошие.
Матильде не успевает раскрыть рот, как тетя Сесилия отворачивается к бабушке:
– Что же ты, Мария Франсиска, – говорит она, показывая на буфет, – до сих пор не выкинула это старье?
– Это старье – свадебный подарок моей мамы…
– Тебе виднее, – перебивает тетя Сесилия, – но сейчас продаются буфеты новых моделей, просто прелесть.
Бабушка возвращается из кухни с чаем и печеньем на подносе.
– Сейчас ничего купить нельзя. Я ходила за хлебом и еще кое-какими продуктами и разговорилась с продавцом из нашего магазина, он тоже не знает, что делать с такими ценами. Ему самому невыгодно, – говорит она.
– Все-то ты критикуешь, Мария Франсиска. Ты пойми, это проблема мировая. И потом, не станешь же ты отрицать, что с тех пор, как поперли «Народное единство», работа есть – для тех, кто правда хочет работать.
– Простите, тетя Сесилия… – Матильде хорошо определяет по бабушкиному лицу, когда та сердится, а вот тетя Сесилия, видимо, нет. Она как ни в чем не бывало болтает без умолку.
– Я просто не понимаю, какая необходимость все время критиковать правительство. По-твоему, и в ценах президент виноват? Рассуждаешь точно как твой сынок, а сама знаешь, чем он кончил…
Матильде застывает, уставившись на них. Бабушка спокойно поднимается, берет тетину сумку и пальто, передает тете и говорит, глядя ей в глаза:
– Ты дрянь, Сесилия. Вымыла бы рот, прежде чем говорить о моем сыне. Забирай свое барахло и больше не возвращайся.
Тетя выхватывает сумку и в возмущении уходит.
Бабушка стоит в дверях. Матильде берет ее за руку.
– Бабушка…
– Да, Мати?
– В тете ничего хорошего, кроме конфет, нету.
– И то правда. Зато конфеты какие вкусные!
Постепенно они отваживают от дома всех гостей, кроме тети Андреа и крестного. Но это к лучшему: не надо все время держать в голове, что можно говорить, а что нет.
С кем можно здороваться, а с кем нет.
Куда можно ходить, а куда нельзя.
С кем они общаются, а с кем рассорились.
И кого из друзей они проводили в аэропорт и больше не видят, и говорить про них тоже нельзя.
Матильде слышит, как на их улицу въезжает машина, и бросается к двери. Крестный паркуется. Матильде распахивает калитку и бежит обниматься. Крестный с бабушкой пьют чай. Матильде забирается к нему на колени, но потом бабушка отправляет ее играть в палисадник, потому что начинается взрослый разговор. Вскоре они тоже выходят на улицу. Матильде крепко-прекрепко целует крестного. Он идет к машине, достает что-то с заднего сидения, заваленного бумагами. И возвращается со свертком.
– Твой запоздавший подарок на день рождения.
Подарок завернут в красивую бумагу с мишками. Матильде аккуратно разворачивает его.
– Заботливый мишка!!!
Она носится кругами, обнимая медвежонка.
– Это Весельчак, я как раз такого и хотела!
От счастья она зацеловывает крестному всю бороду.
