Блейкли поднял брови: 'Ему скоро в отставку?'
– Все сроки прошли. Но готов ли он? – засмеялся Меллас. – Он в джунглях почти десять месяцев. Вообще-то, большая неприятность – терять такой опыт, которым молодые лейтенанты, такие как я, могли бы овладеть. Это плохо для бойцов. – Меллас помолчал, потом просиял. – Таких парней, как Хок, нужно хватать не раздумывая.
Блейкли довольно улыбнулся: 'Нам удаётся держаться за наши лучшие кадры'. Они с Мелласом словно пританцовывали вокруг правды, но, сколько бы это их занимало, то была простая болтовня. Как хорошие танцоры, делали они это с видимой легкостью.
В намеченный трёхдневный срок блиндажи были закончены лишь наполовину. Батарея представляла гораздо более заманчивую цель для СВА, и потому теперь охраняющие патрули должны были уходить от горы дальше, и на выполнение задачи у них уходило больше времени и сил. Измотанные морпехи возвращались, чтобы с помощью С-4 корчевать деревья и ножами обтёсывать их в брёвна. Непрерывные физические усилия вкупе с муссонными дождями, слякотью и непрестанными залпами артиллерийской батареи доводили их почти до оцепенения.
Но они не прекращали углублять боевые окопы, вгрызаясь в переплетённую корнями глину. Перекрытия блиндажей нужно было поднять достаточно высоко над окопами, чтобы боец, стоя на полочке, мог вести огонь поверх бруствера. Перекрытия следовало устанавливать на поддерживающих стенках, образованных из наполненных глиной мешков. В итоге стенки, новые входы и выходы возвышались на несколько футов с нижней стороны по склону и почти сливались вровень с грунтом с нагорной стороны.
Оборонительные линии становились более различимы. Они больше не напоминали ямы, набитые смесью грунта и массы сломанных веток и древесины. Окопы приняли форму голых угловатых сооружений, застывших на оголённом склоне и похожих на крепкие маленькие ящики, торчащие из откоса.
Меллас работал усердно наравне со всеми, познавая премудрости возведения блиндажей от Янковица. Не используй камни, потому что они дробятся в смертоносные осколки. Устраивай приямки и полки, чтобы уберечь ноги и задницу от стоячей воды. Чередуй твёрдые материалы с мягкими, чтобы погасить энергию взрыва. Вскоре Меллас не только помогал обтёсывать и трелевать брёвна, но и увлёкся замысловатым планированием сплошной обороны. Он тщательно обошёл всё расположение от джунглей до самой вершины, изучая, как рельеф местности распределяет атакующих по естественным путям подхода. Затем он выставил блиндажи так, чтобы пути подхода наполнялись пулемётными пулями. В землю были аккуратно вбиты колышки для ограничения амплитуды колебания пулемётного ствола с тем, чтобы даже в полной темноте огонь направлялся строго на путь подхода. Вертолётами завезли ещё больше колючей проволоки, и изматывающая, разбивающая руки в кровь работа по её натяжению ниже по склону под блиндажами продолжилась.
Хок с Фитчем распознали в Мелласе прирождённого инженера обороны и скоро стали брать его с собой в свои передвижения по периметру. Решение нюансов выставления каждого блиндажа таким образом, чтобы его защищали, как минимум, два других, явилось примером из итеративной геометрии, который естественным образом был возложен на Мелласа. Сдвинь один блиндаж, и все блиндажи вокруг должны быть сдвинуты. Рассчитать всё правильно до того, как блиндаж будет построен, – вот в чём хитрость, ибо если одна огневая группа закончит блиндаж без учёта всех остальных блиндажей вокруг себя, может быть создан критичный дефект во всей взаимосвязанной системе. В основном благодаря природной способности Мелласа чувствовать вероятный характер нападения и его способности определять места размещения, только три полузаконченных блиндажа были признаны находящимися не на своих местах и должны были быть разрушены и отстроены заново в нескольких футах в сторону от прежних позиций к великому неудовольствию тех, кто их строил.
Каждая рука в роте сочилась гноем от тропической язвы. Бактерии вторгались в порезы и лопнувшие волдыри. Старые перчатки – даже перчатки с дырами – приносили больше наличных денег, чем было первоначально за них заплачено. Однако в конечном итоге эти сделки сошли на нет. Любые перчатки, с дырами или без, стали такой же драгоценностью, как и почта, так что ни на какую рыночную цену никто больше не клевал. Выход в дозор, бывший ранее опасной повинностью, превратился в долгожданный праздник.
Понадобилось шесть выворачивающих душу дней, чтобы, наконец, покончить с блиндажами. Никто не праздновал. На седьмой день парни отдохнули в усиленных патрулях. В тот же вечер Фитч открыл совещание командиров кратким объявлением: 'С первыми лучами направляемся в долину. Батарея и группа батальонного КП начнут выход одновременно. Рота 'чарли' будет там, где высадят нас, и теми же вертушками вернётся сюда. Она будет обеспечивать безопасность штаба батальона и артиллерии во время передислокации. Затем все направляются на равнину. Какая-то крупная грёбаная операция вокруг Камло'.
