Шести выстрелов хватило, чтобы снести стелс и ссадить летательный аппарат на землю. Баранка не приземлилась. Баранка упала. Крапива продолжала всаживать в упавший аппарат пуля за пулей. Моё улучшенное зрение показывало, как здоровенные дыры появляются в корпусе упавшего транспорта.
Крапива, отстреляв по Баранке, перевела огонь на борт с Реном, но тут неожиданно её ждала неудача. После пары выстрелов ничего не произошло. Корабль ощутимо дёрнулся, будто его толкнули, но и всё. Ну, и майор немного отшатнулся, надеюсь, этот импульс испуга попал на камеры.
«Силовое поле или что-то типа этого. Не пробиваю.»
«Хорошо. Пока хватит. Попробуем поговорить.»
— Майор Хрен, как слышишь меня? — проорал я в микрофон. Если переводчик не увидит разницы, и майор ответит, то ситуация будет из разряда «это фиаско, братан». Прямая трансляция же, вроде как.
Переводчик не увидел разницы, майор отозвался на новое имя. Подлый детский трюк, но чем богаты, тем и рады.
— Кто ты такой? — ответил мне майор, что-то проговорив в гарнитуру. Кстати, люди весьма оперативно рассасывались с площади, и никто их не пытался остановить. Уже, можно сказать, программа минимум выполнена.
«Ка, смотри по сторонам. Не стесняйся нас своей Зениткой перебить, если имперцев заметишь.»
Крапива в ответ телепатически кивнула.
— Долгая история, майор. Ты готов послушать?
— Да, только кое-что покажу тебе, — с этими словами майор Хрен отвернулся и взял мешок у стоящего немного позади штурмовика.
Из мешка он извлёк отрубленную человеческую голову. Несмотря на расстояние я в деталях рассмотрел, кто это. Александр Олегович.
— Твой знакомый? — майор улыбался, глядя на моё мрачное лицо. — Он хотел атаковать наших солдат, которые обеспечивают трансляцию. Ему, как видишь, не удалось, теперь вся ваша никчёмная планета увидит, как мы поступаем с предателями. Ничто не прервёт эту трансляцию.
Вот сука… Я попытался не поддаваться эмоциям. Этот придурок подумал, что мы хотим остановить трансляцию, поэтому она, наоборот, теперь будет продолжаться. Это пока единственная хорошая новость. Дядя Саша, как я почему-то про себя начал называть этого серьёзного мужика, погиб не зря. Если бы не его машина с громкоговорителем, не факт, что я бы увёл с площади столько людей. Тем временем говорливый Хрен не умолкал.
— Его предали свои же. У вас ничего не вышло. Ты думаешь, твой паршивый телекинез тебя спасёт? Нет. Тебя захватят живым, и вся планета будет наблюдать, как тебе нехорошо. Все очень быстро поймут, что быстрая смерть — это очень и очень гуманное отношение. Ты всё ещё хочешь рассказать свою историю?
«Ка, тебе надо пробить их защитное поле. Я заговорю ему зубы, а ты настройся и готовься пострелять. И смотри по сторонам, они тоже нам зубы заговаривают.»
«Хорошо.»
— Майор Хрен, ты кое-чего не понимаешь. Это я разрушил установку, которая стирала память всем, кого ссылали на эту планету. Это я уничтожил хранилища, где вы держали тысячи ссыльных. Это я причина того, что сейчас на этой планете резвятся десятки тысяч Рангов. И знаешь, что, майор Хрен, я знаю, какой у меня Ранг. У меня Чёрный Ранг. Ты уверен, что у тебя есть шансы?.. — я был настроен пафосно продолжать, надеясь запугать своего оппонента, но тут Крапива резко вмешалась.
— Сверху!
И тут же зазвучали её рвущие барабанные перепонки выстрелы. Поскольку я как мог был сконцентрирован на поддержке щита, то не сканировал Восприятием окружение вдалеке, но тут пришлось.
Сверху на нас почти падал Комар. Не падал, а резко спускался под углом в сорок пять градусов. Выстрелы Крапивы сбили с него стелс, и даже пробили дыры в корпусе, но пока не замедлили его приближения. На расстоянии двадцати метров Комар притормозил.
«Ка, сейчас будет выстрел плёнкой или сетью! Под машину, быстро!»
Я угадал. Чёртова плёнка огромных размеров. Её отстрелили, когда я ещё пытался договорить свою мысль. Но, к счастью, летит такая хрень весьма небыстро. Мы с Крапивой успели спрятаться под машину. Далеко не всем хорош УАЗ Патриот, но все недостатки — которых я не знаю, так водитель я без опыта — был готов простить за высокий клиренс!
Мгновенно сменив неудобную винтовку на пистолет, Крапива продолжила палить из-под машины. Плёнка накрыла нас прозрачным куполом, но прилипла не к нам, а облепила машину и асфальт в радиусе пятнадцати метров. Комар выстрелил плёнками три раза, потом, наконец, Крапива проделал в нём дыру в нужном месте, и он перестал стрелять и вообще летать. Бессильно взвыв турбинами, Комар с грохотом упал всего в десяти метрах от нас. Крапива всадила в него ещё минимум десяток выстрелов, прежде чем удовлетворённо кивнула. С этого расстояния можно быть уверенным, что Восприятие её не подведёт и живых внутри не останется.
Я упёрся спиной в левый бок УАЗика и отжался, подняв машину, потом подобрал ноги и встал. Машина завалилась на бок. Часть плёнки порвалась. Я становлюсь сильнее, даже сам не знаю, насколько.
