— Расскажи, почему их не любишь именно ты.
— Если нарушать правила или плохо выполнять свои должностные обязанности, то наказания могут быть самые разнообразные. Мы же и так в тюрьме, поэтому всё есть для самых изысканных издевательств. Могут в переноске запереть надолго, тело не давать. Это через какое-то время очень неприятно, а если сбежишь и сам возьмёшь, то станешь статистом. Могут в тело калеки посадить, которое постоянные мучения испытывает. Долго наказывать не любят, но зато стараются помучить как следует.
— А с тобой что сделали?
Клео помрачнела так, что расхотелось продолжать расспросы. Вся её бодрость исчезла. На меня пристально смотрела живая женщина с мёртвыми глазами.
— Со мной всё сделали. Достаточно, чтобы ненавидеть чистильщиков.
Но меня не впечатлило.
— Знаешь, Клео, я пообщался с Власом, да и сам кое-что видел. Вряд ли ты страдала больше, чем те, кого ты так спокойно называешь статистами. Я могу понять твоё отношение к тем, кто тебя наказывал, но они с тобой из одной команды. И ты как часть этой команды сделала намного больше зла людям вокруг. Если все, кому ты причинила страдания напрямую или опосредованно как игровой сотрудник, решат тебе вернуть эту боль, то как долго или как интенсивно ты будешь страдать?
Клео опустила глаза.
— Здесь никто не думает об этом. Старается не думать.
— Начинайте думать, я буду часто об этом напоминать. — Я повернулся к трактирщику, забив на то, что мне не объяснили подробно, кто такие чистильщики. — А ты, Калитис, почему испортил защиту ангара? Будь ты полностью лоялен, мы бы не смогли захватить этот транспорт. Если Клео не любит чистильщиков, то кого не любишь ты?
Калитис не был готов к этому вопросу и отвёл глаза. Ответил не сразу:
— Я вижу, что тех, кто имеет способности, пытаются так или иначе уничтожить. Я никогда не стану полностью лояльным Империи, так как Империя никогда не станет полностью лояльной ко мне.
— А чего ты добивался, создавая незащищённый вход в ангар? Хотел также угнать транспорт и улететь в туманные дали? А куда? На этой планете есть безопасные места?
Трактирщик переглянулся с Клео.
— Рассказывай, Кал, очевидно, что наш план уже не сработает, умалчивать или врать нет никакого смысла.
Тем не менее трактирщик заговорил не сразу.
— В наш ангар пару раз ставили межзвёздный корабль. В такие моменты охрана ангара усиливается, но не настолько, чтобы, подготовившись, нельзя было захватить корабль. Мы с Клео готовили побег. «Алмазный Гвоздь» прекрасный корабль, но его максимум — это выход на орбиту. Это даже не межпланетный транспорт. А вот «Кинжал» пусть и больше «Алмазного Гвоздя» всего в три раза, уже может совершать межзвёздные полёты. Мы просто ждали подходящей возможности.
— Как интересно… Ладно. Всё это очень занимательно, но давайте сосредоточимся на том, что ждёт на этой планете такого беглеца, как я. Мне нужно понимать, как нас будут искать, как этому противостоять, как нанести максимальный урон Империи и игре. — Лица Клео и трактирщика вытянулись. — Не смотрите так. Да, я собираюсь нанести урон Империи и этой вашей сраной игре. Я должен свалить отсюда и найти кое-кого, но оставлять просто так тот беспредел, что вы устроили, я не буду. Поэтому рассказывайте, что знаете, и постарайтесь не упустить важные детали. Влас! Иди сюда и слушай внимательно. Для тебя это тоже важно.
Рассказ о различных опасностях, которые готовит нам эта планета, занял ещё часа четыре. Влас делал вид, что слушает внимательно, но периодически его взгляд становился отстранённым, как у человека, который абсолютно потерял нить разговора. Это происходило в моменты, когда мы обсуждали особо технические моменты, типа возможностей наблюдения со спутников или сканирования папиллярных линий. Но ещё у меня было подозрение, что так срабатывает промывка мозгов, у человека рассеивается внимание и информация проскальзывает мимо него.
По итогам разговора я понял, что всё не так уж плохо. Наблюдение за игроками и служащими тюремных войск осуществлялось посредством отслеживания сигналов с вмонтированных в их тела имплантов-маяков или наблюдения через броню, которая была напичкана различной электроникой. Какой-то особой необходимости в наблюдении за статистами не было, поэтому ничего, кроме не такого уж частого покрытия сканирующими устройствами густонаселённых пунктов не было, а отслеживание велось всего лишь по лицам. Спутники были, но не в огромном количестве. Также видеорегистраторами были напичканы особые игровые зоны, типа той крепости, где пленили Власа. Особую опасность для нас представляли часто используемые дроны. Поскольку некоторые игроки любили записать свои «подвиги» во всех подробностях, то часто за одним игроком, выполняющим квест-путешествие, следовало от одного до трёх дронов.
То есть этих маленьких летающих сканеров-регистраторов у тюремных войск было огромное количество.
