— Мистер Нгеркеа, — мягко произнес Зандхар Маджрай, — что вы имели в виду, говоря «нет соответствующих специалистов»? Соответствующих чему?
— Мистер Маджрай, — сказал президент, — давайте не будем терять время на обсуждение консультантов, которых я пригласил. Наверное, лучше будет перейти к делу.
Представитель концерна «Alemir» разгладил складочку на своем бурнусе. Явно это был условный знак Омар-Али Кутейбу. И в ответ на этот знак, специальный представитель султана Брунея произнес фразу, безусловно заранее заготовленную:
— Мистер президент, я рад сообщить вам, что Его Величество поручил мне провести с вашим правительством переговоры об инвестициях в курортный бизнес вашей страны, ориентировочно в размере пяти миллиардов долларов.
— Понятно, — Десмод широко улыбнулся, — передайте Его Величеству: мы рады, что он дружественно относится к нашей стране.
— А когда вы обсудите это предложение с вашим Конгрессом, мистер Нгеркеа?
— А вы уверены, мистер Кутейб, что данное предложение надо обсуждать там?
— Мы намерены действовать абсолютно законно, — опять очень мягким тоном произнес Зандхар Маджрай, — мне, как представителю исламского банкинга, выпала честь быть проводником этого проекта, и мне кажется необходимым передать в конгресс Палау официальный текст предложения султана Брунея.
— У вас есть на руках такой документ? — поинтересовался Десмод.
Омар-Али Кутейб молча положил перед президентом тонкую книжку в лаково-черном переплете с золотой окантовкой. Десмод взял книжку в руки, полистал, и также молча передал Йети Ткелу. Магистр тоже полистал, и передал Ури-Муви. Капитан, опять же, полистал эту книжку, и вернул Десмоду со словами:
— Мистер президент, я рекомендую спросить, откуда будут те гастарбайтеры, которых предполагается ввезти на Палау, если проект будет принят, и кто они по религии.
— Я понял рекомендацию, — сказал Десмод, — итак, мистер Кутейб, мистер Маджрай, у консультантов вопрос: откуда три тысячи строительных рабочих и кто они по религии?
— Это рабочие с Филиппин, — ответил Омар-Али Кутейб.
— А их религия, — продолжил Зандхар Маджрай, — это их личное дело, и такой вопрос к кандидатам на работу противоречит международным нормам о равноправии.
— Отлично, — отозвался Йети Ткел, — у меня в группе есть хорошая девушка, Симхистера Ашкенази, снабженец. Назначим ее диспетчером по контактам с этими рабочими!
— Она что, еврейка? — перебил представитель концерна «Alemir».
В ответ, магистр клуба «Hit-Takeoff» сделал большие глаза.
— Мистер Хаддад Абу-Вазир, разве ее происхождение, это не ее личное дело?
— Вы издеваетесь? — спросил Хаддад, стремительно теряя самоконтроль.
— Нет, — спокойно ответил Йети и повернулся к Десмоду, — Все понятно. Они решили создать плацдарм «Фронта моро» из мусульманского автономного района Минданао. Известно, что «Фронт моро» сейчас в союзе с Национальной Батакской партией.
— Да, — отозвался Десмод, и толкнул книжку по столу к Омар-Али Кутейбу, — наш ответ отрицательный. Мы отказываемся. Передайте султану мои формальные извинения.
— Поговорим немного наедине, мистер Нгеркеа — предложил президенту представитель концерна «Alemir», успевший взять себя в руки после короткой вспышки гнева.
— Ладно, мистер Абу-Вазир, — сказал Дэсмонд, поднимаясь с дивана, — где поговорим?
— В соседних апартаментах, — ответил гость из Эмиратов.
В соседних апартаментах, явно по специальному заказу, был выполнен классический арабский интерьер, и Хаддад Абу-Вазир сразу же пояснил:
— Возможно, вы не знаете, но отель «Pacific-Palace» приобретен нашим эмиром в конце прошлого года, как и еще несколько высококлассных отелей в вашей стране. Наш эмир понимает значение Палау для мировой экологии, он лично прочел отчет авторитетной международной комиссии, в котором Палау назван четвертым в реестре из семи чудес морской природы. Мы будем развивать тут сферу туризма бережно, чтобы сохранить надводные и подводные ландшафты для наших потомков… — тут Хаддад сделал паузу, ожидая реакции собеседника, и не дождавшись, предложил, — …Хотите кофе? Мы уже привезли сюда шеф-повара, который варит настоящий кофе по старинным рецептам.
— Нет, благодарю, — отказался Десмод Нгеркеа, знавший из литературы, о старинной арабской традиции иногда подсыпать в кофе кое-какие ингредиенты, несовместимые с жизнью потребителя.
— Вы опасаетесь отравы? — моментально угадал Хаддад.
— Нет, просто не хочу отвлекаться от дела, — ответил президент Палау.
— Жаль, мистер Нгеркеа, что между нами пока не возникло доверие, но, со временем, я уверен, мы поймем друг друга. Это не наша воля, а воля свыше. Я совсем не случайно отметил, что этот отель, и еще ряд отелей в вашей стране уже принадлежат эмиру. Вы размышляете, соглашаться ли на предложение нашего эмира и султана Брунея. Вы же понимаете, инвестиционный проект на 5 миллиардов, это совместное предложение.
— Это ясно по составу делегации, — сказал Десмод Нгеркеа.
